Роб знал Джона уже пару лет — познакомились на работе, где оба занимались техподдержкой в одной IT-компании. Джон, парень лет двадцати пяти, с тёмными, слегка вьющимися волосами до плеч и лёгкой щетиной на остром подбородке, всегда выглядел стильно, несмотря на свою близорукость, из-за которой он носил очки с толстыми стёклами. Его худощавое телосложение и рост чуть выше среднего делали его заметным, а улыбка, искренняя и немного дерзкая, сразу располагала. Роб, тридцатилетний крепкий парень с короткими светлыми волосами, мускулистыми руками и лёгким загаром от регулярных походов в спортзал, был полной противоположностью — уверенный, с квадратной челюстью и лёгкой небритостью, придающей ему брутальности. То, что Джон гей, никогда не напрягало, и они частенько зависали после работы за пивом, обсуждая всё — от футбола до гаджетов. В тот вечер, как только смена закончилась, телефон Роба пиликнул.
— Пивка? Я угощаю, — написал приятель.
— От такого не отказываются! В «Короне» через пятнадцать, — ответил Роб.
Вскоре они сидели за столиком в пабе, наслаждаясь холодным пивом. Джон, в своей любимой чёрной футболке, плотно облегающей его худые плечи, и узких джинсах, потягивал пиво, слегка щурясь из-за слабого зрения. Разговор тёк легко, пока не зашёл о мужском уходе за телом.
— Думал когда-нибудь побрить себе лобок? — спросил Джон, наклоняясь ближе, его тёмные глаза блестели за стёклами очков. — Хочу попробовать, но нужен совет.
— Нечего думать, я уже это делаю, — ухмыльнулся Роб, отпивая глоток.
— Серьёзно? — Джон чуть не поперхнулся. — И ни слова об этом! Зачем бреешь?
— Сначала ради гигиены, — начал парень, пожав плечами. — В зале постоянно, а без волос там внизу меньше потеешь, всё чище. Но теперь мне просто в кайф, как это ощущается. Блин, даже говорить об этом — уже стояк накатывает.
— Не ожидал, — Джон задумчиво потёр подбородок, его пальцы скользнули по щетине. — Можно об одолжении? Покажешь, как это выглядит? Только верх, не парься.
Роб посмотрел на друга, чья искренняя любопытность была заразительной. Знал, что Джон в курсе его ориентации, так что подвоха не ждал.
— Ладно, довезу тебя до дома, там покажу, — кивнул он.
Допив пиво, они вышли из паба и направились к машине Роба — чёрному внедорожнику, припаркованному на тёмной стоянке. В салоне было тепло, и Джон, не теряя времени, повернулся к приятелю.
— Роб, может, прямо тут покажешь? — голос дрожал от нетерпения. — Не могу ждать до дома.
Роб задумался, чувствуя, как в груди разгорается странный жар. Парковка была пустынной, света почти не было, и он решил: почему бы нет?
— Окей, но дома было бы проще, — сказал парень, но Джон перебил.
— Не совсем, — замялся приятель, теребя край футболки. — Зрение у меня хреновое, ты знаешь. Хочу потрогать, чтобы понять, как это. В хорошем свете всё равно почти не увижу.
Это изменило всё. Роб не сразу отмахнулся, что само по себе удивило. Мысль о пальцах Джона на его коже почему-то заводила.
— То есть, ты хочешь засунуть руку мне в штаны и пощупать мой выбритый лобок прямо в тачке? — уточнил Роб, глядя на друга.
— Это бы правда помогло, — тихо ответил Джон, нервно улыбаясь.
Роб чуть откинул сиденье, чувствуя, как адреналин смешивается с нарастающим возбуждением. Пальцы медленно расстегнули пуговицу джинсов, затем потянули за молнию, звук которой разрезал тишину тёмного салона. Джон смотрел, его худое лицо с острыми скулами пылало, глаза за толстыми стёклами очков блестели от нетерпения. Роб аккуратно приспустил
Все началось с похода