Лёшка Гуськов мчался по мокрому асфальту города Заречинск. Его старый велосипед скрипел под весом рюкзака, набитого конспектами и зажатым с краю ноутбуком. Дождь хлестал по лицу, как будто небо решило вылить на него всю накопившуюся злобу. "Чёрт, опоздаю на экзамен по физике! – подумал он, ускоряясь. – Если провалю, мама меня убьёт. А отец скажет: 'Ты же студент Заречинского университета, а не какой-то профукальщик'". Сердце колотилось в груди, адреналин бурлил в крови, а колёса скользили по лужам. Вдруг из-за угла вылетел грузовик – оглушительный гудок, визг тормозов, сильный удар. Мир завертелся в вихре боли, вспышек света и тьмы. Последняя мысль: "Это конец? Я даже не поцеловал Ирку Баранову из параллельной группы..."
Когда Лёшка открыл глаза – или, точнее, когда чьи-то глаза открылись, и он увидел через них мир – всё было не так. Нет асфальта, нет дождя, нет улицы. Вместо этого – огромный зал с высокими арочными потолками, украшенными резными листьями из серебра и золота, переплетающимися как живые ветви. Свет лился из хрустальных люстр, мерцающих мягким, эфирным сиянием, словно звёзды спустились с неба. Воздух был пропитан ароматом свежих цветов – лилий и роз, но с примесью чего-то древнего, как лес после дождя. Пол под ногами – или точнее под чьими-то чужими ногами – был гладким мрамором, инкрустированным рунами, которые слабо светились. Лёшка почувствовал странное онемение: его тело не слушалось, но он ощущал каждое движение, каждое дыхание. "Что за шутки? – подумал он. – Я в игре? В виртуальной реальности? Или это кома так выглядит?"
Вдруг в голове эхом отозвался его собственный голос, но не снаружи – внутри. "Эй, это я? Лёшка? Что происходит?" И тут он осознал: он не в своём теле. Он смотрел на мир через глаза кого-то другого. Этот "кто-то" был высоким, стройным, с длинными серебристыми волосами, которые касались плеч, и острыми ушами, торчащими из-под них. Если зеркало не врало на стене из изящной лепнины. Эльф? "Это что, я в фэнтезийном мире? Как в тех бородатых книжках дедушки? Но почему я не контролирую тело? Я как... голос в голове?"
Принц – а Лёшка каким-то образом знал, что это эльфийский принц по имени Элдриэль – стоял в тронном зале дворца, окружённый слугами в изысканных туниках, расшитых золотыми нитями. Они склонялись в поклонах, их лица были идеально симметричными, с высокими скулами и глазами цвета осенних листьев. Атмосфера была торжественной, но напряжённой – в воздухе витало ожидание. Элдриэль шагнул вперёд, и Лёшка почувствовал лёгкость в движениях: тело принца было грациозным, как у танцора, мышцы отзывались на каждый импульс с элегантной силой. "Круто, – подумал Лёшка, и его мысль эхом отозвалась в голове принца. – Это тело – сплошной ходячий фитнес. Мои бицепсы по сравнению с этим – спички. Эй, принц, слышишь меня? Я твой новый сосед по черепу!"
Элдриэль замер, его глаза резко расширились. Лёшка ощутил вспышку удивления принца – как холодный озноб по спине. "Кто ты? – подумал принц в ответ, его мысли были по возможности спокойными, мелодичными, как шелест листьев. – Это магия? Демоническое вторжение?"
"Не, брат, я Лёшка Гуськов, студент из Заречинска, 21 век. Попал в аварию на велике, и бац – я здесь. В твоей башке. Могу комментировать, но не рулить. Круто, да? Давай, рассказывай, что тут за мир."
Принц постарался игнорировать голос, но Лёшка чувствовал его замешательство – лёгкое головокружение, как после бокала вина. Они приблизились к трону, где сидела она – эльфийская королева Ариэль, мать Элдриэля. Лёшка увидел её
Ирина и Мира