Я стояла перед зеркалом в ванной, уставившись на своё отражение, и вдруг поймала себя на мысли: кто эта женщина? Часы на стене тикали полночь, а я только что вернулась с дежурства в больнице. Лицо бледное, волосы стянуты в строгий хвост, блузка помятая, как и вся моя жизнь в последнее время. Год прошёл, словно в тумане, - подумала я, проводя рукой по щеке. Дверь скрипнула, и в проёме появился Сергей, мой муж. «Марин, всё в порядке? - спросил он тихо, с ноткой беспокойства в голосе. - Ты выглядишь такой уставшей...» Я повернулась, выдавила улыбку: «Всё в порядке, Серёж. Просто работа.» Но в его глазах мелькнуло что-то тёплое, давно забытое - забота? Желание? Сердце сжалось: когда мы последний раз были по-настоящему близки? Месяцы? Года?
Я, Марина, сорока четырёх лет, врач в городской клинике, где дни сливаются в бесконечный поток пациентов, анализов и ночных смен. Дети - взрослые, самостоятельные: сын учится в другом городе на инженера, дочь вышла замуж, живёт с семьёй. Раньше, когда они уезжали к моим родителям или к родителям Сергея, дом превращался в наше личное убежище. Я надевала кружевное бельё, подчёркивающее формы, которые ещё не потеряли былой привлекательности, и мы с Сергеем, крепким инженером с завода, с седеющими висками и добрыми глазами, предавались страсти до рассвета. Но 2 года назад всё изменилось. Работа поглотила меня целиком: эпидемии, перегрузки персонала, бесконечные дежурства. Я забыла о себе. Гардероб стал унылым - серые брюки, белые блузки, никаких платьев, никаких ярких шарфов. Макияж? Это слово вылетело из головы. А интимная жизнь... редкие, механические встречи, если они вообще случались. Сергей терпел, но я видела, как гаснет искра в наших отношениях. Я люблю его, - шептала я себе ночами, лёжа без сна. - Но кто я теперь? Просто доктор, машина для спасения чужих жизней?
Всё началось примерно месяц назад, когда я заметила, как моя жизнь сузилась до рутины. Сергей ждал меня с ужином, но я приходя падала в постель, не раздеваясь толком. Дети звонили реже - у них свои заботы. «Мама, ты как? - спрашивала дочь по телефону. - Звучишь очень устало.» Я отмахивалась: «Всё нормально, солнышко. Работа.» Но внутри росла пустота. Почему я не уволюсь с работы? Да потому что она мне нравится, мне нравится лечить людей, дарить им радость.
Раньше я радовала себя и мужа: красивая одежда, которую я покупала себе, - платья с глубоким вырезом, туфли на каблуках. Когда дети уезжали, я надевала то самое бельё - красное, чёрное, с кружевом, от которого его глаза загорались. Мы смеялись, целовались, тела сплетались в ритме, полном огня. Секс был не просто актом - это было нашим способом сказать: мы вместе, несмотря ни на что. А теперь? Редкость. И когда случалось, то без искры, как обязанность. Я устала, - думала я. - Но от чего? От жизни?
Сергей, моя опора уже давно замечал изменения. «Марин, может, возьмёшь отпуск? - предлагал он за ужином. - Поедем куда-нибудь, как раньше.» Я качала головой: «Не могу, Серёж. В клинике кризис, персонал не хватает.» Он вздыхал, обнимал меня за плечи, но я чувствовала напряжение. Мы отдаляемся, - била тревогу я. - И если ничего не изменить, потеряем друг друга. Ночью на дежурстве, глядя в потолок, я вспоминала нашу молодость: свадьба, рождение детей, те редкие выходные, когда мир принадлежал только нам. Пора что-то делать. Пора вернуть себя.
Утро субботы выдалось солнечным, редким для нашего дождливого города. Вместо того чтобы рухнуть в постель после ночной смены, я
Про любовь к сестре