Полетели похожие друг на друга летние дни. Наташа лежала на подушках, испытывая утреннее возбуждение и вспоминала свои встречи с Виталием, особенно в первый день. Она согнула ногу в колене и сунула руку под сорочку.
Рука прошла по мягкой коже и до влажной промежности. Но тут послышались шаги. Наташа села и положила руки перед собой. Вошла Соня, в сорочке и легком халате.
— Вот ты где! - насмешливо сказала она - Одевайся, невеста, жениха проспишь.
Соня сдёрнула с подруги одеяло а потом развернула шторы. Наташа подобрала ноги и улыбнулась, закрываясь рукой от света. Она не обиделась.
В последнее время она испытывала к Соне странное чувство. Ей нравилось наблюдать за подругой, восхищаться ей. Нравилось подчиняться и терпеть колкости, как во время купания, так и в обычной жизни.
"Это из-за её брата, из-за того что я в него влюблена" - объясняла себе Наташа, с покрасневшими щёками глядя на Сонечку.
- Брат уже пошёл купаться, так что мы не успеем... Но всё равно, нам пора!
Наташа встала и молча пошла к комоду. Соня ещё в первый день уговорила её носить белую расшитую рубашку и юбку из льна, синюю. Сказала, что ей идёт и "нашему Виталию понравится".
Простонародное платье было действительно удобно для жизни в деревне. Но Наташа ещё в первый день закрепляла Соне цветок в причёску и заметила в зеркале, что её прекрасная грудь хорошо просвечивает под лучами солнца через тонкую льняную ткань.
Она хотела переодеться, но было пора обедать. Поздно искать что-то новое. А корсет под вышиванкой, это моветон, ещё хуже получится.
И Наташа вышла как есть. А вскоре привыкла так всё время ходить. Ей даже понравилось ловить на себе взгляды Виталия. А вот Соня тогда оделась в ярко красное платье с голыми плечами и с розой в волосах.
«Можно подумать, что она барыня, а я её chopka", — думала Наташа, когда разглядывала их отражения в зеркале.
Но и быть в тени подруги ей тоже понравилось. Ей вообще много необычных вещей полюбились в последнее время. Хотя вся эта история с отъездом из дома и сватовством ей казалась всё более странной, как и семейство, в котором она жила.
Мысли прервал голос Сони.
- Вот он идёт.
Наташа, досадуя на свою нерасторопность, поспешила натянуть юбку. Она успела увидеть только спину Виталия в дальнем конце аллеи. Он шёл весело поглядывая по сторонам с простынёй на плече.
Наташа оглянулась на подругу, всё ещё не одетую стоявшую у окна. ("Ей можно, он её брат" подумала она). А Соня поймала её взгляд отошла одеваться.
— Кстати, я узнала, он ходит к реке, только когда нас там нет, а до этого сидит в доме.
- Не поняла, ты хочешь сказать...
- Хочу сказать, что он за нами не подглядывает. Я же говорила, он у нас скромный мальчик - Она перешла на ехидно-сладенький тон.
– Ну и правильно! - Наташа покраснела и заговорила серьёзным тоном - Что ему, собственно, у нас смотреть?
– Слушайте, мадмуазель, вы прекрасно знаете, что кавалерам в нас нравится - Соня выпрямилась и откинула волосы. Её полные груди стояли высоко - У них грубая мужская природа. Нам, приличным барышням, их не понять... – Соня зевнула и почесала мясцо пониже спины. А потом нашла в комоде рубашку и сарафан и задумчиво оделась. Бросила на Наташу внимательный взгляд и вдруг спросила:
- Кстати, не хотите ли посмотреть на него во время купания?
– Что вы имеете ввиду? - Наташа тоже перешла на "вы" но не от иронии, а от смущения.
В гамаке