Вечерний полумрак квартиры был пропитан запахом дорогого парфюма и крепкого кофе. Витя сидел на краю дивана, расслабленно откинувшись на спинку, и наблюдал, как госпожа Диана застегивает пуговицы своей шелковой блузки. Она выглядела безупречно острые скулы, холодный взгляд серых глаз и эта привычка чуть-чуть прищуриваться, когда она кем-то недовольна или наоборот, заинтригована. Витя знал, что Диана любит доминировать. В постели это проявлялось особенно остро. Она не просто принимала его — она владела им, распоряжалась временем, движениями и самим процессом. И сегодня он хотел большего. Гораздо большего, чем просто смена позиций или новая игрушка из ее бесконечного ящика с аксессуарами.
– Ты какой-то затих, Вить,
– Диана повернулась к нему, скрестив руки на груди.
– О чем думаешь?
Витя сглотнул. Его тянуло к ней почти физически, и это желание смешивалось с легким, почти благоговейным трепетом.
– Я думаю о том, что ты сегодня была слишком добра ко мне. Мне кажется, ты сдерживаешься. Диана усмехнулась, ее губы изогнулись в хищной, понимающей улыбке. Она подошла к нему вплотную, и он почувствовал тонкий аромат ее кожи
— смесь мускуса и че гото металлического, строгого.
– Сдерживаюсь?
– Она положила ладонь ему на затылок, запустив пальцы в волосы и слегка сжав их, заставляя его поднять голову и смотреть ей прямо в глаза.
– А что ты предлагаешь? Что бы ты хотел, чтобы я с тобой сделала? Витя вдохнул глубоко, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения.
– Я хочу...
– Он замялся, подбирал слова.
– Я хочу, чтобы ты забрала у меня всё. Чтобы я принадлежал тебе. Полностью. Без остатка. Диана медленно опустилась на колени между его ног. Она не спешила, наслаждаясь каждым мгновением его растущего возбуждения. Ее пальцы скользнули по его бедрам, сжимая плоть, а затем уверенно легли на его член. Витя вздрогнул, выдохнув вслух.
– Ты имел в виду кастрацию?
– спросила она, глядя на него снизу вверх. В ее голосе не было насмешки.
— только профессиональный интерес и осознание власти.
– Да, – прошептал он, зажмурившись.
– Я хочу, чтобы ты лишила меня этого. Чтобы я больше никогда не почувствовал этого давления внутри. Чтобы я... перестал быть мужчиной в привычном смысле. Чтобы я принадлежал тебе, как твоя вещь. Диана медленно расстегнула его ремень. Кожаный ремень с сухим щелчком упал на пол. Она расстегнула ширинку его джинсов, аккуратно вытаскивая его возбуждённый член наружу.
– Ты понимаешь, что это значит? – тихо спросила она.
– Это не просто значит «не иметь детей». Это значит — потерять часть своего естества. Свою силу. Твою мужскую суть. Ты готов отдать ее мне?
– Да, – Витя кивнул, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.
– Ох, да...
– Тогда раздвинь ноги, – скомандовала она. Витя повиновался. Теперь он лежал, широко расставив ноги, полностью открытый и беззащитный перед ней. Диана взяла его члены в руку, осторожно, но крепко сжала, ощущая, как пульсируют вены на яичках.
– Посмотри на меня, – сказала она, и он открыл глаза.
– Ты уверен, что хочешь этого? Что ты хочешь быть кастрированным? Витя сглотнул слюну.
– Да, госпожа. Я хочу быть таким для вас. Чтобы вы распоряжались мной. Она улыбнулась, но глаза остались холодными и сосредоточенными. Диана поднялась, подошла к шкафу и достала оттуда кожаный зажим. Теперь он стал ее инструментом. Она вернулась к нему, и Витя почувствовал, как ее холодные пальцы коснулись его кожи. – Хорошо, Витя. Посмотрим, насколько ты смелый. Она резко прижала его яйца, сжимая их между пальцами. Витя вскрикнул, дернувшись всем телом.
– Тссс, – строго сказала Диана.
– Больно... – прохрипел он, пытаясь отодвинуться, но ее
Лунные люди. Новая встреча