Вечер был душным, типичный август. Я вырубил мотор своей старенькой «Тойоты» во дворе современного жилого комплекса, где жила Вероника. Ей было около пятидесяти, но дьявол бы взял любого, кто решил бы назвать её «женщиной в возрасте». Она выглядела так, будто время над ней не имело власти: тонкая талия, тяжелая, высокая грудь, которая едва сдерживалась шелковой блузкой, и бедра... Господи, эти бедра в узкой деловой юбке. Когда она шла к машине, ткань натягивалась так, что казалось, еще один вдох — и всё лопнет.
— Приехал, герой? — усмехнулась она, открывая дверь. — Кран сам себя не починит, а у меня уже половина кухни в воде.
Запахло дорогими духами, чем-то цветочным с отчетливой примесью мускуса. В квартире было тихо, сын её, восемнадцатилетний Костя, evidently, торчал где-то у своих друзей. Мы прошли на кухню, я достал инструменты. Пока я копался в трубах, Вероника стояла рядом, скрестив руки на груди, и я видел, как её зрачки расширены. Она не просто ждала починки — она ждала меня.
Когда вода перестала хлестать, я выпрямился и встретился с ней взглядом. Она не отвела глаз. В этом была вся её суть: прямая, властная женщина, которая точно знает, чего хочет.
– Знаешь, водитель, — вкрадчиво произнесла она, подходя ближе. — Мне кажется, ты заслужил награду.
Она вдруг медленно опустилась на колени. Я застыл с разводным ключом в руках, глядя сверху вниз. Юбка задралась, обнажая кружевные чулки и полоску белой кожи. Вероника расстегнула мою ширинку, глядя мне прямо в глаза — дерзко и голодно.
– Ох, какая огромная... — прошептала она, обхватила пальцами мой член, сжимая его крепко и уверенно.
Она открыла рот и одним глубоким движением заглотила всю длину. Я вцепился в край столешницы, чтобы не упаСТЬ’. Её язык работал мастерски, влажно и жадно, она вбирала меня в себя, прижимаясь лицом к паху, смешивая запах парфюма и запах моей возбужденности.
– Бля... — выдохнул я, запустив пальцы в её густые волосы. – Вероника, чертовка...
Она приподняла голову, слизывая каплю с губ, и тихонько сказала:– Хочу тебя. Прямо сейчас.
Я подхватил её под бедра, одним рывком поднял на кухонный стол, раскинув её ноги в стороны. Юбка задралась к самой талии. Я сорвал с неё белье, и она тут же обхватила мою поясницу ногами, притягивая к себе.
– Входи в меня, сейчас же! – потребовала она, выгибая спину.
Я вошел в неё с одним мощным толчком, вбиваюсь глубоко, до самого конца. Она вскрикнула, зажмурив глаза, и вцепилась ногтями мне в плечи. Мы двигались в бешеном ритме, слышалось только наше тяжелое дыхание и влажный звук соприсновения плоти.
– Да... бери меня сильнее! – стонала она, раскинув волосы по столу. – Да... вот так, не останавливайся...
Я перевернул её, заставляя встать раком. Прогнутая спина, идеальная попа, раскрасневшееся лицо. Я вбивался в неё сзади, чувствуя, как её мышцы сжимаются вокруг моего члена. Вероника откинула голову назад, впиваясь пальцами в столешницу, и громко, без стеснения, всхлипывала от удовольствия, когда я попадал в самую глубину.
– Ох, бля, да... вот так, черт, как хорошо...
Когда я закончил, мы еще долго лежали на полу в коридоре, тяжело дыша.
– Ты охренитель, водила, – тихо сказала она, поправляя одежду.
После того дня мы стали видеться чаще. Иногда страсть зашкаливала настолько, что мы не доезжали до её дома. Однажды, когда я вез её на работу, она вдруг заговорила о «жизненных кризисах» и о том, как ей одиноко. Мы припарковались в тихом переулке, подальше от камер.
– Хочу, чтобы ты сделал мне приятно, – сказала она, расстегивая пуговицы блузки.
Третий рассказ Вована