Со дня порки у Кирпичевых прошла неделя; попа Светы уже перестала болеть; казалось, что все позади. Ей было решительно непонятно, как ее подруги могли возбудиться от порки. Как-то к в гости зашел брат матери, дядя Петя. Он был моложе матери на несколько лет и работал вожатым в каком-то детском центре.
Света, не чувствуя, никакой беды, вернулась из магазина. Проходя мимо кухни, она услышала, как мать говорит с дядей Петей. Расслышать удавалось не все, но до ее слуха долетели слова «ответственность» и «наказание». Потом дядя Петя ушел.
На следующий день он пришел с каким-то чемоданчиком, и сразу пошел на кухню. Через несколько минут к ней вошла мать:
— Света, зайди к нам!
Почувствовав недоброе, Света пошла за матерью, однако, она привела ее не на кухню, а в зал. Там уже были отец и дядя Петя. Его чемоданчик стоял на столе с приподнятой крышкой. За спиной девочки захлопнулась дверь.
— Светлана!- обратился к ней отец, - Ты уже давно огорчаешь нас своим поведением; тот потоп, который устроили во дворе вы с Кариной, переполнил наше терпение. Петр Александрович настоятельно рекомендовал тебя пороть, и мы решили попробовать прямо сейчас, не откладывая. Я узнал, что твоих подруг родители порют, и это помогает! Ты подвела под наказание Карину, а сама осталась безнаказанной! Ты согласна, что это недопустимо?
Внутри у Светы все сжалось. Сказать родителям, что ее порол Вадим Михайлович? А как на это отреагируют? Слова застряли внутри.
— Я... виновата...- запинаясь, пробормотала она.
— Не надо спрашивать!- вмешался дядя Петя, - давайте сделаем это! Света, готовься!
— Как это?!- все так же спросила Света.
— Как, как, очень просто — юбка вверх, трусы вниз.
— А может через них...
— Будешь возражать — получишь добавки, делай, что говорят!
Света нерешительно взялась дрожащими руками за края джинсовой юбки и потянула их вверх. Дядя Петя, тем временем, продолжал:
— Твоих подруг порют раздетыми, но через трусики. Я считаю нужным пороть полностью обнаженными, но сегодня мы будет пороть тебя только по голой попе. Шевелись быстрее!
Поняв, что дальше тянуть нельзя, Света подняла юбку до пояса и взялась за резинку трусов.
— Выше!- командовал дядя Петя.
Она подняла юбку максимально высоко, а он быстро, почти рывком, стянул с нее трусы почти до колен. От неожиданности Света вскрикнула и поспешно закрылась руками.
— Нет, барышня, так не пойдет!- сказал он, отводя ее руки от низа живота.- держи юбку и подойди сюда!
С этими словами он показал на большое кресло, стоявшее в середине зала. Света неловко, частично скованная спущенными трусами, подошла к спинке кресла, к которой прислонилась животом.
— Писять не хочешь?- спросил дядя Петя.
Света отрицательно помотала головой.
— Перегибайся через спинку.
Она выполнила указание, ощутив низом живота прикосновение грубой обивки кресла. Тут же мать схватила ее за руки, совсем как это делала Яна, когда ее пороли у Кирпичевых. От этого Света потеряла равновесие и стала сползать вниз по спинке на сиденье.
Дядя Петя, тем временем, сказал отцу:
— Держи ее за ноги!
Тут же на ее лодыжках сомкнулась железная хватка отца. Здесь было невозможно уткнуться в подушку, и Света, повернув голову, посмотрела вокруг. Дядя Петя взял из своего чемоданчика что-то похожее на отполированную деревянную лопатку. Света знала, что это называют «пэддл», и что этим порют за границей. Он зашел сзади. Как и в прошлый раз, она ощутила попой холодок воздуха. Это одновременно возбуждало и пугало. Снова послышался голос дяди Пети:
— Попа почти не поротая! Для начала хватит двадцать ударов.
Послышался какой-то звук, потом раздался шлепок, и нахлынула боль. Порка пэддлом оказалась ощутимо больнее. Света не хотела кричать,
Встреча с читателями моих рассказов. Таня и Дима