— Скоро приедем, - бросила Светлана, не отрываясь от журнала. - Там уже всё готово, Валюха. Комната, столовая, море в двух шагах. Только не забудь, сестра, работа есть работа. Сегодня отдыхаем. А завтра я дежурю. Ты с мелким отдыхай.
Мама кивнула, поправляя подол своего ситцевого платья - светло-голубого, с мелкими ромашками, слегка выцветшего на плечах. Оно было простым, но подчёркивало её тонкую талию и округлые бёдра, которые она, кажется, стеснялась, постоянно одёргивая подол, чтобы прикрыть колени. Я заметил, как водитель автобуса пару раз косился на неё через зеркало заднего вида, но мама, как всегда, смотрела в сторону, будто ничего не замечала.
Когда автобус наконец остановился у ворот дома отдыха, я чуть не вывалился из двери, так хотелось скорее увидеть море. Ворота были ржавыми, с облупившейся зелёной краской, а за ними открывался двор: пыльный, с чахлыми клумбами, где торчали жёлтые бархатцы, и красивым трёхэтажным зданием, с колоннами на крыльце, прямо, как в нашем сельском клубе.
— Мы здесь будем жить? – зачарованно спросил я.
— Не знаю. Сейчас администрацию найдём – спросим.
На территории то тут, то там, среди сосен и зелени стояли и другие домики. Деревянные, похожие на большие шалаши разных цветов. Они мне понравились ещё больше:
— Мам! Может лучше тут, а?
Администратор, дородная тётка, идущая рядом с нами, только усмехнулась и повела нас дальше. Туда, где среди кустов затерялась ещё одна конструкция.
Это было длинным одноэтажным бараком, выкрашенным в бледно-жёлтый цвет. Над бараком вилась стайка стрижей, их резкие крики смешивались с далёким шумом прибоя. Воздух был густой, пропитанный запахом нагретой хвои от сосен, что росли за забором, и сладковатым ароматом цветущего шиповника, который вился вдоль тропинки.
— Ну, вот и ваш, - сказала толстая тётка, - Пойдёмте, покажу вашу хоромину.
Мы пошли за ней по тропинке, усыпанной мелким гравием, который хрустел под ногами. Мамины сандалии - простые, коричневые, с тонкими ремешками - шлёпали по камням, а её платье слегка колыхалось от ветерка, открывая загорелые икры. Я тащил свой маленький рюкзачок, где лежали пара футболок, шорты и панамка, которую мама заставляла носить, чтобы «не напекло голову». Светлана шагала впереди, её кроссовки - белые, с ярко-красными шнурками - поднимали облачка пыли. Её бейсболка, надетая козырьком назад, слегка съехала набок, а короткие волосы торчали из-под неё, как чёрные пружинки.
Комната в бараке оказалась тесной, с двумя железными кроватями, застеленными серыми шерстяными одеялами, и маленьким окном, через которое пробивался солнечный свет, рисуя полосы на потёртом линолеуме. В углу стоял старый деревянный стол, покрытый клеёнкой с выцветшими подсолнухами, и два стула с облупившейся краской. На стене висел пожелтевший плакат с улыбающейся девушкой в купальнике, рекламирующей что-то про «Отдых в Крыму». Запах в комнате был странный: смесь сырости, старой мебели и какого-то цветочного одеколона, которым, похоже, пользовалась Светлана.
— Ну, не дворец, но жить можно, - хмыкнула Светлана, бросая чемодан на одну из кроватей. - Валь, располагайся. А ты, Владяха, не сиди на месте, пошли море смотреть!
Я рванул к двери, но мама поймала меня за руку.
— Панамку надень, - строго сказала она, поправляя мои волосы. Её пальцы были тёплыми, пахли кремом «Ландыш», который она всегда наносила после мытья рук. Я нацепил панамку, чувствуя, как она сползает на глаза, и выбежал за Светланой.
Дорога к морю вела через сосновую рощу, где под ногами шуршали сухие иголки, а воздух был таким густым от смолы, что казалось, его можно пить. Сквозь ветки пробивались солнечные лучи, рисуя золотистые пятна на песчаной тропинке. Светлана шла впереди, её рубашка слегка задралась, открывая тонкую
Просто секс