на крыше. По всей видимости, фраер голубок делал предложение голубке, а та, судя по звукам, была не уверена в своих чувствах и делала тщетные попытки оттянуть помолвку. Под крышей же, за время поцелуя, секундная стрелка сделала десятый оборот вокруг своей оси. На двенадцатом, Андрей закончил инквизицию и предложил подруге пораньше лечь сегодня спать.- Ну... - сопротивлялась она.Андрюха недовольно сел на кровать и взял старую гитару. С трудом, в темноте он находил нужные струны, чтобы вышло что-то вразумительное. Таня стояла у окна в одной комбинации, купленной вчера с непонятной для парня целью. Ночь была ясной, на небе было куча звезд, и Танюха пыталась вновь показать свою эрудицию. Она старалась перевести разговор на тему Астрономии, непрерывно перечисляя различные созвездия, рассказывая, откуда пошли названия звезд. Но все было бесполезно, Андрей не слушал ее, а тихо перебирал пару аккордов. Его мысли были заняты чем-то явно другим, отнюдь не научным. Глядя на силуэт подруги на фоне ночного окна, на контуры ее тела, укутанные в тонкую пелену ткани, он представлял, как эта пелена вдруг исчезнет и перед ним останется лишь Таня, такой, какая есть, какой родилась.- Комбинация одна лишь на Танюшке, - запел он абсолютно не в аккорд, что зажал, - Эх, вот поцелую ее в ушко, ля-ля-ля!Татьяна повернулась и вытаращила глаза.- О, композитор! - восхитилась она и, с этими словами, медленно, покачивая бедрами, словно дразня мальчишку, направилась к автору бессмертного произведения. Андрей отложил в сторону музыкальный инструмент и широко раскрыл свои объятья. Но у Тани, по-видимому, были несколько иные планы. Она, подойдя к парню почти вплотную, хотела было начать медленный эротический танец, но сильные руки схватили ее за талию, подняли в воздух и посадили к хозяину на колени. Все пути к отступлению были отрезаны, и девчонке ничего не оставалось, как с громким визгом броситься на любимого и повалить на мягкую кровать. Пожирая взглядом девичьи плечи, он опускал бретельки того единственного, что было в тот момент на Тане. Вопреки логике, ей было не жалко расставаться с последним, и комбинашка улетела прочь, подобно ненужной тряпке. По вине ласкового парня, Танюшка обнажала перед его взором девственную красоту своей юной фигуры. Наконец, насытившись увиденным, он медленно уложил девушку на теплую кровать. Та замерла в ожидании и, зажмурившись, покорно ждала. Но легкое прикосновение к маленькой кнопочке, расположенной на полюсе груди, включило девичий механизм наслаждения. Она выгибала поясницу, подставляя грудь под ласки, наглядно показывая, какая часть тела наиболее жаждет мужских губ. Но у Андрюхи было несколько иное мнение на этот счет, на миг застыв, он вошел в мягкое, влажное тело девчонки, вызвав продолжительный томный звуковой сигнал. Их дыхания слились в единое целое, да и сами они были неразделимы под натиском все нарастающего возбуждения. Все больше заводясь, и лихорадочно дыша, Танюха, подобно рассерженной тигрице, яростно царапала Андрюхину спину, но то уже не чувствовал боли, а лишь в ответ, все глубже, все сильнее и быстрее врывался в пылающие врата любви. Она уже полностью потеряла контроль над собой, над своим телом, и билась в страшном, неудержимом, глубоком оргазме, охватившем ее, заставляющем оставлять красные полосы на спине инквизитора. Андрей в дикой агонии изливался в нее, опустошал вечный источник жизни, оставляя частицу себя в любимом человеке, в единственной и ненаглядной подруге, Татьяне Ромашкиной.Просто эти два юных создания были созданы для большой любви, любви без компромиссов. Таня не говорила Андрею, что надо подождать, пока любовь окрепнет, раскрыла душу в первые дни, не боясь мужского разочарования и насмешек.
Уйти, убежать, улететь