соком, вкусом.. это мякоть, которая может сводить с ума," - положив в рот мне ещё один, она ест сама; глаза её сверкают, ноздри раздуваются, она явно возбуждается от всего процесса. проглотив, и дождавшись меня, она откладывает приборы, - "вот, сравните ощущения.."; и, стремительно приблизив своё лицо к моему, она обвивает мою шею руками, чуть пригибает, наклоняет мне голову, и впивается в мой рот своими влажными губами.мы целуемся. её язык ныряет мне в рот, чиркает по зубам, отыскивает своего оппонента, чуть трогает кончик, нажимает, подправляет вверх, освобождая себе путь, достаёт до уздечки, шарит там, потом меняется местами с моим, и гладит по нёбу, по дёснам, начинает дуэль с вращением, скользит по бокам моего, и кружит, кружит; я зажмуриваюсь, у меня начинает зудеть в губах; её прижаты к моим, и тоже ведут игру, двигаясь вправо и влево, вверх и вниз, добавляют новое измерение к и без того оглушительной палитре ощущений; она прикусывает всё, до чего может достать, прищемляет, придавливает, потом выбрасывает, выталкивает наружу, и не успеваю я оторваться и глотнуть воздуха, как следует новый натиск; я, как муха под пауком, зачарован, оглушён водопадом переживаний, её жарким дыханием, её животным напором; её груди трутся о мой живот, член упирается сухой головкой в живот ей; я начинаю подрагивать всем телом, и уверен, продолжай она ещё несколько мгновений, я бы кончил; но она останавливается, почти так же неожиданно, как и начала; отводит моё лицо, сдавив мне пальцами щеки; между нашими ртами вытягивается слюна, она провожает её глазами с поволокой, воображаю, как выглядят мои, затем ловит, обрывает другой рукой; я тяжело дышу, она отпускает меня, смотрит с вызовом - "как вкус?"; я беззвучно открываю рот, как рыба, нет нужды что-либо объяснять; член торчит и призывно покачивается под затухающими волнами удовольствия и восторга, бежавшими через мою спину и промежность; я сокрушён. облизываю с губ аромат её рта, чувствую на языке остатки пищи; надеюсь, это тоже её.Ирина Петровна возвращается к приборам, - "давайте, Сергей.. пока не совсем остыло, ешьте," - она кормит меня, ест сама, заедает наш поцелуй; я с жадностью вонзаю зубы в очередной кусок мяса, теперь мне и вправду кажется, что во рту у меня её язык, или внутренняя сторона щеки, или вершина груди с соском; я буквально зверею от сырого вкуса; я жую, и пожирая взглядом наготу Ирины Петровны, воображаю свои зубы на различных частях её тела; она внимательно наблюдает за мной, - "понимаете теперь?.. когда я говорила о вашем мясе.." - Ирина Петровна видимо проглатывает до конца всё, что успела пережевать, мне хочется прижаться членом к её волнующейся шее; она снова откладывает вилку и нож, и подвигается ко мне; я с ликованием готовлюсь подставить рот для нового поцелуя, но вместо того, чтобы припасть ещё раз к моим губам, Ирина Петровна расталкивает локтями мои бёдра, вбирает в горсть мою мошонку, и накрывает мой член своим ртом.я почти подпрыгиваю, она крепко прижимает меня локтями к месту, лишая возможности привстать, чтобы загнать истосковавшийся по ласке член ей как можно дальше в горло; её рот впускает меня медленно, едва ли не торжественно, встречает языком, приветственно обдаёт жаром и мякотью щёк, нёба, гладкими стенами зубов, она водит головой, устраивая моей залупе экскурсию по новому саду наслаждений; мне хочется запрокинуть голову и выть, но я боюсь оторвать глаза от пучка её волос, гипнотизирующе ныряющего подо мной, на волнах наслаждения, снова забивших по моей спине. она минетит меня ровно, с расстановкой,
Испытание брачующихся