со всех сторон; моя налившаяся, побагровевшая залупа выныривает из-под её губ, как пловец для вдоха, и снова скрывается в глубине звенящего удовольствия; она мнёт мне яйца, щиплет и покручивает их, играется ими, давит под ними, между анусом и основанием члена; я стискиваю зубы, сжимаю кулаки и пальцы на ногах, - "ыыыыы," - вырывается у меня клич отчаяния и восторга; барабаны рокочут, словно дразнясь, мне кажется, я слышу в напеве женских голосов приговор, - "тыыы прольооош сьеемяааа!"; Ирина Петровна приостанавливается, почти покидая меня в подвешенном состоянии, поправляет заплутавшую прядь волос, и, мельком взглянув на меня, обрушивается с новым зарядом ласки; теперь наклонив голову набок, загоняя мой член себе в рот, с нажимом, между рядами зубов, упирая головкой, вздувая себе щёку, так, что мне кажется, её веко и бровь съезжают набок; я трясу, сучу под ней ногами, она крепко держит меня, - "ыыы.. ыы.. ыы.." - совсем уже по-звериному мычу я, выгибаю шею, закатываю глаза; последнее, что вижу перед провалом оргазма, её большой, гладкий лоб, и блики на чёрных волосах над моим животом, оооо ооо ооооо оооо блять как же сладко лить ей в рот всё, оооо ооо ооо возвращаю голову, только бы посмотреть, как она принимает себе в рот мою сперму, оооо оооо от этого по-моему ещё раза два или три лишних выпустил, оооо из её полуоткрытого рта сперма сбегает мне на яйца, под жопу, на ляжку, пиздец всё под собой обкончал блять оооо оословно оглохший, я смотрю, как лицо Ирины Петровны, с мокрым вокруг губ и на подбородке, приближается ко мне; и вот, целует меня, запуская мне в рот из-под своего языка тёплую влагу. неожиданный вкус, резковатый, не солёный, и не горький, наверное, похож на сырое яйцо, как-будто не вкус, а отсутствие вкуса; пустота и нега. повозив немного своим языком вокруг моего, она отступает, ложится рядом, мы лежим так какое-то время. я закрываю глаза; надеюсь, мы полежим так ещё, прежде чем она погонит меня в душ.
Непредосторожность Джиллиан