Родной мой, как я тебя люблю, мне стыдно, но мне сладко, я каждую минуту хочу тебя!Тела двигались навстречу друг другу, убыстряя темп, истекали потом и похотливыми запахами, метались по кровати, принимая самые фантастические позы. Мама начала дрожать, как от холода, вцепилась зубами в подушку, чтобы заглушить крик, даже какое-то рычание, и забилась подо мной, обильно кончая. Я, как можно глубже засунул хуй в огнедышащее влагалище и начал наполнять его скопившейся за год, ещё до конца не израсходованной спермой, а было её так много, что простынь под нами вспотела сексуальными выделениями двух тел. Мама отходила от оргазма минут пять, а когда успокоилась, обняла меня и моментально уснула. А потом были три дня и три ночи, наполненные любовью сына к матери, матери к сыну. Ну и пусть, что любовь эта была греховной по меркам ханжей, мы не жалели и не жалеем об этом! А через два месяца мне пришло письмо с воли, от мамы: « Серёжа, сынок, здравствуй! Как ты там, как здоровье? Дома всё хорошо, а из новостей главная – у тебя скоро будет брат или сестрёнка! Павел рад ужасно, на руках меня носит, а я боюсь, как рожать буду в мои-то годы? Ты рад?»Да, я был очень рад, потому что знал, чей это ребёнок, которого сейчас бережно вынашивает мама.
Качалка (продолжение)