моих прикосновений так и вспыхивают. — насмешливо протянула дренейка, скаля зубы. — Что же касается твоего вопроса... Я воюю всю жизнь. Наемником я стала здесь. Когда Эксодар упал на Азерот.
— Девушки... — пережевала это слово. Пиратка всегда была большой собственницей, и вобще не любила когда помимо неё ещё кого-то упоминают в плане любви, ну или того же секса, поэтому она нахмурилась пуще прежнего, — А ты я так понимаю, не только хорошая наемница но и популярная любовница?
— Прежде всего я очень скромная. — заметила дренейка, глядя на Альрину сверху вниз. Подмигнула ушастой.
— Ну разве можно хвалить себя? Какая я наёмница и уж тем более — какая я любовница, решают другие. Их и спрашивай, а не меня.
— О дааа... — протянула Альрина, закатывая глаза, — Сама скромность. Да и вопрос был скорее не о качестсвенном а о количественном показателе. Ты видимо не так поняла, — вновь глубоко вздохнула, — Ну вот сколько у тебя было любовниц, ну или любовников?
— В каком смысле? — моргнула дренейка. — Конкретизируй. Всего, за всю мою жизнь? Или одновременно? — судя по тону, которым был задан вопрос, в этот раз Таараши не шутила и не пыталась насмешничать, а вполне серьёзно уточняла, что именно хочет знать рыжая проныра.
— И так и так. — повеселела эльфийка, почему-то хихикая, при этом отворачивая голову, хотя дренейка всеравно слышала этот звук. Но вскоре она успокоилась ...и лишь с нежной улыбкой глядела на Таараши.
Дренейка неопределённо хмыкнула. — Что касается первого — я не помню. Знаешь, как-то не было нужды запоминать. И я не совсем понимаю, зачем это делать.
Помедлив, темнокожая продолжила совершенно невозмутимо. — Что касается второго, то пять. Ещё вопросы?
— Хм, на эту тему нет, — удовлетворив свое любопытство, пускай и не в той мере на которую рассчитывала, эльфийка вновь расслабилась. Изредка косясь на яркое солнце и тутже отворачивала взгляд. — Кони там скоро уже будут?
— Понятия не имею. — наёмница с гулким лязгом пожала воронёными наплечниками. Поёрзала прямо в доспехе, уселась на завалинку и прислонилась спиной к стене.
— Им нужно дать размяться, накормить, оседлать, и только тогда уже выводить. Иначе подохнут через пару часов скачки. Так что успокойся, у нас ещё есть время. — дренейка похлопала по бревну, на котором сидела. — Лучше присаживайся. И теперь твоя очередь отвечать на вопросы. Те же, которые задавала мне. Давно пиратствуешь? Сколько у тебя было любовниц? Сколько одновременно?
Закатив глаза, эльфийка присела на полено, закинув одну стройную ножку на другую, — Пиратствую уже десять лет, — пролепетала эльфийка, — Скоро будет одинадцать, — поспешно добавила. — Любовниц... — призадумалась, — На самом деле я их тоже не считала, так как они были весьма разномастными, а со многими я развлекалась не единожды. А одновременно... — эльфийка чуть залилась румянцем, сделав долгую паузу, — Три. Но зато такая как ты первая, — закусив губку, осторожно вытянулась вперед глядя на очертания массивного члена промеж ног дренейки.
Что там углядела эльфийка, было неясно. Воронёные поножи и кираса полностью закрывали мощные, длинные ноги рогатой. Так что синдорейка могла только воображать... если, конечно, не умела видеть сквозь доспехи. На последнее признание рыжей наёмница только хмыкнула.
— Да, я заметила в твоих действиях некоторую неуверенность, неумение и неловкость. Но совсем чуть-чуть, прааавда. — протянула темнокожая воительница, прикрывая глаза и греясь на солнце, как памятник самой себе.
— Ну, я ведь раньше никогда с таким органом дела не имела, — хихикнула, невинно глазками захлопав, и подвинулась
Тетя Агнесса