недели время обговорили. В следующий раз не пропускай. — Дал будто второй шанс на исправление.
Мне ничего не оставалось, как просто выслушать его и заверить, что в следующий раз уж постараюсь. То же мне, наставник. Со своими подчиненным он ведет себя именно так. Не как начальник, друг или коллега. А как наставник. Думаю, это очень точное слово. Странно, что я применил его только сейчас, хотя уже давно знал про его способы и правила работы с коллегами и подчиненными. И это наставничество просачивается куда только можно. На мои рабочие обязанности он не может применять это, так как он не мой прямой руководитель, но через подобные тим-билдингские мероприятия я могу ощутить его заунылое давление. Даже как-то самому противно от этого эпизода. И кто в нем виноват? Я, что не могу просто ответить, чтобы отстал от меня с этой ерундой.
Незаметно время подошло к обеду. Как только я заметил, что время уже убежало за час дня, я сразу встал и направился в столовую. По пути, мой взгляд цеплялся за женские юбочки и обтягивающие брючки. Мои глаза бегали по ним постоянно, как только натыкались на женскую часть коллектива. Я уже наизусть знал одежду всех симпатичных девушек в здании. И дремлющая стая мыслей снова заскулила, засопела.
В столовой немного народу. Основная масса уже прошла. Тем лучше. Найти свободный столик и спокойно пообедать будет проще. Я не хотел идти ни с кем из коллег. В последнее время, меня какие-то сторонние вещи, на которые обычно велись все разговоры, мало интересуют. Настолько мало, что мне даже лень просто ради приличия поддерживать их. Взяв суп и картофельное пюре с котлетой, я сел за свободный столик.
— Привет, Сереж, можно к тебе? — Этот голос пронзил меня раскаленной спицей до самых пяток. Я бы узнал его всегда и везде. Этот голос принадлежал Юле Соболевой. Девочка, младше меня на лет пять, была прекрасна лицом и фигурой. Хотя, если я так скажу, то я сильно поскромничаю. Она была потрясающая. По крайней мере, я считал её именно такой. Возможно, кто-то скажет «ничего особенного, таких тысячи». Для кого-то да. Но в Юле сочеталось всё то, что мне нравилось в девушках. Я не сильно её знал, но то, что я видел перед собой, когда разговаривал с ней, было полностью, будто скопировано из моей головы. Даже не просто из головы, а откуда-то глубже. Я всё время считал, что мне нравятся блондинки. Особенно, крашеные. Но Юля была брюнеткой. И это дьявольски ей подходило. И мне нравилось, что она брюнетка. Как это было не странно для меня самого. Она всегда охотно со мной общалась, а иногда мне казалось, что даже уделяет мне большее внимание, чем просто коллеге по работе. Но была одна странность. Я никогда не представлял секса с ней. Моё воображение никогда не пыталось её раздеть или смоделировать какую-нибудь пошлую фантазию с ней в главной роли. Мне хотелось просто посадить её рядом с собой и просто сидеть, глядя на неё. Просто любоваться, как произведением искусства, предусмотрительно помещенного под прозрачный стеклянный колпак. От секса с ней, конечно же, я бы не отказался, но она была тем цветком, перед которым хотелось просто порхать, сдувая пылинки, обтирая лепестки влажной тряпочкой. Казалось бы, вот, это мой идеал, именно её я ждал всё это время, ту девушку, которой готов подарить всю любовь, долгие годы зревшую во мне. Но я боялся этих отношений. Боялся, что они разрушатся как два предыдущих. И разочарование и тоска от их разрушения
Глава 11. Тетрадь Лены