и книги, были тщательно протерты от пыли. Люба пожала плечами, и зашла в ванную, чтобы смыть макияж.
Руки и лицо, покрасневшие от мороза, почти не чувствовали холодной воды, и через некоторое время девушка сияла в зеркале естественной красотой и обаянием. Она повесила на сушилку мокрое полотенце и зашла к себе, чтобы переодеться в домашнее. Решив, что лучше разложить вещи сейчас, она аккуратно убрала их в шкаф, сменив кофту на бежевую футболку с красивой бахромой по краям, купленную родителями когда они всей семьей были на юге, колготкам и юбке на смену пришли джинсовые шорты с зауженной талией. Сняв украшения, Люба вернулась к чаепитию, мысленно определяя фронт работ.
— Намыть полы, пропылесосить ковры, это не долго, надеюсь, мама не заставит меня их выбивать, на улицу ну совсем не хочется возвращаться, не при такой погоде. Что еще? В ванной и туалете вроде бы чисто, на балкон сейчас не зайдешь, ну максимум еще можно окна помыть на кухне, вроде все. Час-полтора работы, и я свободна, можно будет вернуться к телефону и Кириллу, так хочется поскорее. — С этими мыслями Люба допила чай, и фигурально закатав рукава занялась уборкой. Начать она решила все же с окна, не уходя далеко, и включив телевизор, очистила спера внутренню, а затем и наружную поверхность, стараяь избавиться от надоедливых разводов на стекле, и не упустить детали более интересных разводов в ток шоу. Вылив ведро и протерев подоконник, настало время взяться за пылесос. Ковров в доме было три: один в прихожей, вечно грязный и пыльный, один в ее комнтае, и один на стене над родительской кроватью. Оставив самое грязное на потом, она быстро пропылесосила два относительно чистых, как краем уха уловив трель звонка. Выключив шумный прибор Люба прислушалась, в дверь действительно звонили.
— Интересно, кто там? Может Вера забыла ключи? Мама никогда не пользуется звонком. — Девушка приоткрыла дверь на длину цепочки, и увидела Лешу, стоящего в подъезде.
— Я увидел тебя в окне, решил зайти, пустишь?
— Сейчас не очень вовремя, я прибираюсь.
Парень молчал, и зная, что молчать и стоять в дверях он может очень долго, Люба все же сняла цепочку, впуская его внутрь. Он решительно переступил порог, чем озадачил девушку, едва успевшую отодвинуться.
— Ты одна? — Люба закивала головой и в этот момент он набросился на нее, вжимая в зимние куртки.
— Малышка. — Леша засасывал ее шею, стискивая через майку грудь, не обращая внимания на увещивания о том, что мама может прийти в любой момент, что она занята, на локти, которые она пыталась поставить между ними. Небрежно сняв ботинки, и кинув куртку на пол, он поднял ее на руки, придерживая за попу и понес на кровать. Люба чувствовала как бешено билось его сердце и могла ответить тем же. Чувство опасности возбуждало ее, как и то, как по хозяйски он бросил ее на родительское ложе. И вот сейчас, он возвышался над ней, уже избавившись от футболки, и медленно, с достоинством, расстегивая модный дорогой ремень, который она подарила ему на день рождения. Люба выгнула спину, как утром, чтобы освободиться от шорт, и заметивший это Леша с силой потянул их вместе с трусиками на себя.
— Леш, у меня в сумочке презервативы, возьми, — Люба указала пальцем в сторону стула, но парень не обратил на это внимания, оказавшись так близко, в ту же секунду начав покрывать ее лицо поцелуями.
— Неужели ты думаешь что я буду рыться в твоей сумке? — Он не мог насладиться девушкой,
По ком звонит колокол, или, страшная история.