по этой причине из-за стола позже всех. Один раз, когда она под ночнушкой «забыла» одеть трусы, я даже сделал ей при Лен
е замечание: — Тебе не стыдно светить передо мной голыми сиськами, писей и попой?
— Ты же для меня как старший брат, чего тебя стесняться-то? — с усмешкой проговорилась она, а Лена и вовсе наехала на меня:
— Чего ты гонишь на ребенка, она же ребенок, пусть чувствует как дома!
— Ладно, ладно, девки, ваша взяла, — я решил не спорить с ними, все равно окажешься неправ.
После этого Оля стала вести себя еще развязнее, скорее всего, назло мне, особенно когда Лены не было дома, а дома ее, как понял читатель, почти никогда не бывало. Наши отношения с Олей стали напряженными, вернее, я делал вид, что не замечаю ее, правда, незаметно поглядывая на ее прелести, почти не скрытые одеждой, а она игнорировала меня, поэтому мы общались буквально привет — пока, завтракали, обедали и ужинали по отдельности. Рита скоро поступила в институт, и попросив сестру, осталась жить у нас, не поехав к матери даже после поступления.
Я ее видел только утром и поздно вечером, когда она возвращалась с гулянок, средства на которые давала ей Лена. Жили мы тогда уже в 4-х комнатной квартире. Ей Лена отдала гостевую, уютную комнату с большой двухспальной кроватью, плазмой на стене и музыкальным центром. В углу стоял журнальный столик с четырьмя стульями и два кресла. По обе стороны кровати стояло две тумбочки, а у противоположной стены находился шкаф-купе.
Как-то проснувшись рано утром, я обнаружил, что у меня почти до нуля разрядился мобильник, а я никак не мог найти свое зарядное устройство, поэтому решил посмотреть в комнате, где жила Оля. Постучав в дверь, я не услышал ничего в ответ, и подумав, что ее нет дома, смело вошел туда. И тут моему взору предстала картина маслом — на кровати, на спине, разметав в стороны руки и ноги, лежала совершенно голая Оля! Сказать, что я был удивлен, ничего не сказать, да еще эта юная нимфетка приподняла и согнула в колене одну ножку, полностью раскрыв передо мной свою молоденькую киску, которая была аккуратно побрита и блестела свежестью и светло-розовой расщелинкой меж половых губ.
Со стыдом ощущая, как тесно становится в своих брюках, я поднял глаза вверх, смотря на ее нежные мячики упругих грудок, на которых красовались темно-розовые соски в светло коричневых ареолах. Меня так и тянуло припасть к ним губами, а чуть-чуть приоткрытая розовая щель между ног сводила с ума, и я огромным усилием воли взял себя в руки, чтобы не наброситься на это великолепное тело, пышащее здоровьем и юностью! Держа в руках телефон, я все-таки сделал пару снимков, пока он совсем не разрядился, коря себя за такую наглость, но желание, вспыхнувшее во мне, было сильнее порядочности, слава богу, я не изнасиловал ее.
Спрятав телефон в карман, я попытался разбудить ее, зовя ее по имени, но она не просыпалась, тогда я, потеряв самообладание, погладил ее левую грудь, но она не просыпалась. Потянув ее легонько за сосок, я подумал, что она проснется и разорется, но и это не разбудило ее. Тогда я погладил ее нижние губки, и вконец осмелев, вошёл в ее мякоть двумя фалангами указательного пальца. Ощутив на пути преграду в виде девственной плевы, я не стал двигаться дальше и немного помассировал ее влажные стеночки. Когда она открыла свои зеленые глаза, расширившиеся от увиденного, я положил палец с её влагой в свой рот и сказал, прямо ей
Просто невероятная экскурсия