членом, стремящимся к финалу погружения. Усилия, сдержать себя, чтобы не выкрикнуть натужным голосом требование о приостановке муки, не остановили мужчину. Он продолжал спуск, пока головка не упёрлась в матку влагалища и это был ещё не финал. Закушенные губы и гневный взгляд Кузьминичны, отрезвили пыл молодого любовника и дав передохнуть своей партнёрше он возвратился к исходному положению, её руки в последний миг удержали Виктора от выхода из манящей глубины и это было разрешением на повторные фрикции в её возбуждённую плоть. Неоднократные погружения Виктора возымели желанный эффект в его любовнице, в результате чего последовали один за другим глубокие оргазмы, никогда ранее не испытанные от одного любовника за одно совокупление. Обняв за плечи Виктора, Пелагея Кузьминична с придыханием прошептала просьбу своему партнёру
– Витюша, нет больше сил, кончай скорее милый, и поймав машонку парня сжала её в кулаке, чтобы ускорить финал. В момент извержения мужской спермы в пространство усталого влагалища, она лишь успела зажать ладонью Виктору рот, чтобы не огласить воем комнату спящих мужчин. Лишь гулкий рёв пронёсся через плотно сжатые зубы мужчины. Они долго лежали, тесно прижавшись друг к другу, отходя от напряжения в груди, тяжело дыша. Успокоившись, Пелагея Кузьминична тихо поведала своему любовнику:
– Ты, Витюша, к нашим девкам особо не льни, разворотишь им все внутренности, после тебя они никому не будут нужны, а я тебе смогу помочь при необходимости, но изредка и не здесь, слишком людно. Жаль, что раньше с тобой не случилось повстречаться, непременно бы порадовала себя тобой, родненький мой, – она нежно обцеловала лицо мужчины, благодарно потрепав его шевелюру, – иди с богом, мой хороший к себе, время поспать не остаётся. Обычно я сплю у Романа Николаевича, так что не говори никому, что у нас было с тобой нынче. И в будни не ложись со мной при людях, у них свистульки, ни как у тебя. Тебе хоть понравилось со мной... ну ладно и так вижу. Спасибо тебе, сынок, развлёк тётку на старости лет.
Любимая заместительница