Неужто он просто обманывает сам себя?
Неужто же ему нравится мысль о том, что Таня может затребовать выслать по почте и эту
запись, в то время как он в принципе бы мог повестись, дать ей так компромат на себя, оказавшись в итоге во власти мирной домохозяйки?
От этой мысли щёки его покрылись румянцем.
— Я бы сфотографировал, — кашель перебил слова, — тайно… заснял бы её за этим. Сказав: «Ксения Николаевна, вы прекрасная порномодель, ваши партнёры по бизнесу наверняка оценят ваше портфолио?»
Или его возбуждает сам риск наличия подобного постыдного файла в собственном телефоне, пусть даже наличия относительно кратковременного?
Записи, от которой штаны его уже начинают чуть хлюпать.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Таня потянулась к пакету с чипсами, достав оттуда плоский кусочек поджаристого картофеля и подержав с мгновение у своих губ. Да, тонкая игра порою требует времени, приходится подчас делать паузы и по нескольку минут ожидать результата.
Что, если Санька сорвался только что с её крючка или вообще никогда не сидел на нём? Что, если ему стало скучно и неинтересно? Или, напротив, он вдруг извергся в штаны, после чего ему стало стыдно и он резко вышел из чата?
Она улыбнулась.
Все эти варианты, пусть и пронёсшиеся на миг в сознании Тани, ничуть не смутили её.
Танит верила в свою звезду.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
— П-произнёс.
Встряхнув головой, Сандро уточнил:
— Записал, в смысле. Блин, что ты делаешь со мной?
Танит привычно хихикнула.
— Искушаю. Уничтожаю. Дразню.
Почему-то сейчас в её устах слова эти звучали уже не совсем как пустая бравада?
— Скажи… — вгляделась она Сандро в глаза, — когда ты… записывал это… ты ведь мысленно представлял, как эта запись может попасть к Ксении Николаевне? Ты… занимался этим, представляя, как руководительница слышит каждое твоё слово?
После паузы Александр неожиданно для себя признался:
— Я и сейчас делаю это.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Таня приглушенно рассмеялась.
Закогтила, что называется. Теперь она может сделать с ним всё, что угодно, может даже повернуть всё назад и отказаться от жестокой проделки над своим «практически другом», но почему её всю колотит сладким ознобом и жаром в то же самое время?
— Опасно и страшно держать подобное у себя в телефоне, — быстро, не давая себе опомниться и передумать, набрала она. — Оно никуда не попадёт без твоей воли, вряд ли твой телефон взломают, но… главная опасность в тебе, Саш.
Танит облизнулась, заставив губы тускло блеснуть в виртуальности. Жест чисто текстовый, но тоже манящий.
— Ты знаешь электронный почтовый адрес своей начальницы. И тебя всего целиком сладко трясёт от одной только мысли, что однажды она может услышать из своих колонок подобное. Трясёт же ведь, правда?
Танит приблизила губы к левому уху Сандро.
— Что, если однажды… ты не выдержишь? — жарко выдохнула она. — Откроешь страницу почты, свой почтовый ящик, после чего прикрепишь аттачем этот аудиофайл… к письму… для своей офисной руководительницы? Саш… можешь ли ты доверять себе?
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Александр сдвинул ноги.
Поспешно раздвинул, чувствуя, что рискует иначе взорваться белым пламенем изнутри. Знойная струйка межзвёздного жара
Света и Катя