связки гранат по пять штук в каждой, были готовы. Марина отдала автомат Ханне, как более опытной чем я. Ведь гауптман Браун, была боевой летчицей, а я гражданский парень не служивший в армии.
— Держи дочка, и прикрывай нас если что.....
— приказала немке моя мать, назвав девушку которая возможно убила её деда в войну, дочкой.
— Марина, а как же остальные нас найдут? Может давай их тут возле костра подождём....?
— спросил я у матери, не понимая как нас найдут Витёк, Оксана, Света и Михалыч. Ведь фонари были у нас, хотя на небе и светила луна, но была всё же ночь. Да и идти к мосту с одним автоматом было опасно.
— Да мы растяжки поставим и с Иваном у моста останемся. А вы с Ханной пойдёте к ним навстречу.....
— ответила мне бесстрашная атаманша Мариша. Мама одела на себя свои белые мини- бикини и немецкий офицерский мундир. Ближе к утру стало прохладно и холод шёл с реки. Вместе с белесым предутренним туманом. Мы шли к мосту не включая фонарики, чтобы не обнаружить себя раньше времени. От костра до моста было метров пятьсот. Ханна с автоматом на изготовку, шла впереди, а мы за ней. У девушки оказалось на редкость острое зрение. И она уверенно вела нас к мосту по тропинке вдоль берега реки. Возле моста мы остановились и Иван как опытный военный, воевавший в прошлом в рядах " Рона". Установил первую растяжку на дороге перед мостом, замаскировав её травой. А вторую в десяти метрах от неё на самом мосту. На случай если первая растяжка не сработает. Марина подсвечивала Ивану фонариком, а мы лежали с Ханной возле моста в боевом охранении. Тревожно всматриваясь в очертания леса находящегося недалеко от моста. Туда ускакала испуганная лошадь с немцами, и от чёрного леса исходила опасность. У нашей Ханны было не только острое зрение, но и чуткий слух. Я ничего не слышал, а немка подняла руку с фонариком. И
моргнула три раза в сторону где Марина с Иваном ставили растяжки. Это был знак что кто-то ехал к мосту. И точно через несколько секунд послышался звук губной гармошки и пьяные голоса немцев. Они ехали обратно на лошади к мосту, играли на губной гармошке и пели песни. Было слышно как колёса телеги гремели по щебенке насыпанной на дороге. Лошадиное ржание и нестройные пьяные голоса немцев. И их судя по голосам было не двое, а трое. Потому как один беспрерывно наяривал на губной гармошке и не мог петь. А вот двое пели какую-то немецкую песню про девушку Эрику, которая собирала на лугу цветы.
— Auf der Heide blüht ein kleines Blümelein Und das heißt, Erika.....
— пели пьяные немцы на телеге, приближаясь к мосту со стороны леса.
— Ханна, дай мне автомат дочка. Я лучше тебя с ним управляюсь. А вы уходите с Костей к деревне. Мы с Иваном сами с ними разберёмся.....
— приказала нам Марина, занимая позицию напротив моста, но так чтобы её не накрыло взрывом гранат. К моей матери подбежал Иван, и залег с ней в кустах поджидая подводу с немцами. А мы с Ханной отошли в сторону метров на сто. Но не выполнили приказ Марины и не пошли к деревне. Нам было интересно чем всё закончиться. И хотя у нас с Ханной не было оружия. Но мы надеялись что немцы подорвуться на растяжках и погибнут.
— Смотри Костя к мосту подъезжают. Сейчас должна первая растяжка сработать.....
— шепотом сказала мне Ханна, показывая пальцем на подводу с немцами,
Летний день на пляже в роли шлюхи.