Света, держа в руках пакеты с закуской. Витёк нес стаканы, а Иван шедший за ним. Был увешан оружием, " шмайссер" и " ППШ" висели у него на одном плече. На другом винтовка " маузер", принадлежащая Михалычу. В руках полицай из прошлого, нес наши с Витьком пистолеты и свой " тт". У Светы тоже было оружие, из карманов её фирменного кителя, торчали рукоятки полицейских "вальтеров". И я понял предназначение этих всех стволов собранных у нас в доме. После тоста за здоровье новоизбранной атаманши, намечался салют положенный в таких случаях.
— Подождите не пейте. И встаньте все с земли...
— приказала нам Марьяна, видя что баба Зина, налила каждому в рюмку самогонки. И мы приготовились её выпить, сидя вокруг горящего в ночи костра во дворе нашего дома.
— Я благодарна вам бойцы за проявленое доверие ко мне. И буду служить вам верой и правдой, не щадя живота своего...
— Марьяна встала на одно колено перед нами, держа в одной руке налитую рюмку с самогоном. А в другой у девушки в немецкой форме, был зажат огромный чёрный маузер. У этой дуры тоже бзик по фазе прошёл. Как и у моей матери, с тоской подумал я, смотря на воинственную партизанку из прошлого. Всерьёз примерившую на себя роль атаманши. Я лично не хотел ни с кем воевать, и мне были жутко не по душе заскоки которые были раньше у Марины. И новоиспеченная атаманша, похоже тоже любила командовать.
— За здоровье атаманши Марьяны...
— первым толкнул тост Иван, чокаясь с партизанкой которая уже встала с колена, и стояла по центру двора возле костра. Воинственная с чёрным маузером в одной руке, и с налитой рюмкой в другой.
— Любо Марьяна, любо, любо...
— заорали все, по очереди чокаясь с черноволосой девушкой в немецком офицерском мундире и выпивая следом, крепчайщий самогон бабы Зины.
— Качай нашу атаманшу...
— опять воскликнул неугомонный Иван, подталкивая меня и Витька к Марьяне. Но втроём поднять нехуденькую девушку, было сложновато. А четвёртый мужик в нашем отряде алкаш Михалыч, и не думал нам помогать. Да и толку от этого пузатого мужа тёти Оксаны было мало. Он мог что-то починить или выебать мою мать нажравшись панцершоколадок с первитином. А вот физически был слаб. Но нам на помощь пришла Света, она была сильной девушкой. И у себя в отделе милиции, мудохала мужиков преступников.
— Любо, любо, Марьяна....
— орали мы с Витьком, Иваном, и Светой, подбрасывая вверх молодую девушку. Тётя Оксана и баба Зина, тоже пришли нам на помощь, и вшестером, мы легко поднимали и опускали у себя над головами, новоизбранную атаманшу. Только Марина и Михалыч стояли в стороне и не принимали участие в чествовании Марьяны. А в прекрасных глазах мамы Марины, застыла обида. Ведь её так вверх не подбрасывали когда выбрали атаманшей. Но нас с Витьком на момент её избрания, было всего двое. И мы физически не могли её качать на руках.
— Слава атаманше Марьяне...
— опять воскликнул Иван, после того как мы опустили партизанку на землю. Полицай из прошлого,
поднял с земли свой " ппш ", и дал из него очередь в небо. А следом за ним Плетневскую ночную тишь, разорвали нестройные выстрелы из пистолетов, автоматов и винтовки. Сама виновница торжества, палила в небо из своего чёрного маузера, я стрелял из вальтера, Витёк из люгера. Немка Ханна, строчила из шмайссера, Света из пистолета Ивана, а баба Зина из винтовки Михалыча. Старый алкоголик преданный моей матери, не стал чествовать Марьяну и стоял в стороне с унылым лицом. А вот
Отрывок из романа "Мои оттенки утра"