Это что же, не только я подверглась?... Чему подверглась??? В голову внезапно пришло, что нийа попросту издевается надо мной и остальными девушками, каким — то образом заставляя нас чувствовать вину. Кажется, это называется ментальным воздействием... Ну, нет, со мной это не пройдет!
Кончики моих пальцев зашевелились, я почувствовала, что на них начали формироваться раскаленные искры. Одновременно все мое существо принялось бороться с наваждением, из моей головы буквально стали вырываться потоки ментальной силы, обрывающей обволакивающие меня нити, исходящие от нийи.
Ний вдруг озорно блеснула глазами и хихикнула:
— А ты гораздо сильнее подруги! Да и всех остальных — никто не может сопротивляться моему гипнозу.
Наваждение спало, и я поняла, что нийа — в общем — то обычная девчонка, только очень необычная. Н — да... Вот такие парадоксы приходят в голову, когда стоишь обнаженная, мокрая, на трясущихся от предшествующего напряжения ногах.
— Тебе надо отдохнуть после ментального удара. — Кончик хвоста нийи с утолщением метнулся вперед, словно указывая. — Смотри: обычные люди уже спят.
Я с удивлением посмотрела вокруг. Тела девушек, которые меня только что омывали, усеивали пол ванной комнаты в живописных позах. Похоже, они уснули в тот же момент, как нийа ослабила свое ментальное воздействие.
— Приходи в молельню, когда придешь в себя.
Нийа развернулась, не ожидая моего ответа, и вышла, покачивая соблазнительными упругими ягодицами под тонкой тканью. Зрелище было завораживающим и без гипноза. Немного портил впечатление хвост... Или не портил?..
В маленьком предбаннике я надела первый попавшийся хитон, став не отличимой от других девушек. Почти сразу мне навстречу мне попалась верховная жрица. Поворчав по поводу проказ нийи, она хлопнула в ладоши и приказала появившимся девушкам унести спящих по комнатам. Заодно оказалось, что Мали тоже спит. Мне было предложено подняться в выделенные мне апартаменты, куда унесли мою подругу.
Честно говоря, я сама не понимала, что со мной происходит. Вроде бы я нашла храм Миритари, оказалась в безопасности и уюте. Однако проводить время в моленьях, в каких — то бытовых заботах, предаваясь изредка лесбийской любви, совсем меня не привлекало. Нет, конечно, можно здесь остаться, чтобы соблазнить нийю. Хм, звучит интересно... Что еще? Может быть здесь есть какие — то источники информации, из которых мне все же откроется, для чего предназначены мы с Мали? Верховная жрица никак не намекнула, что мы с Мали как — то отличаемся от остальных девушек. Ну, тату... Ну, займем положение, приближенное к верховной жрице... Оно мне надо?
Я отказалась подняться в апартаменты и спросила, где молельня. Оказалось, что все девушки молятся в главном зале храма, однако существует отдельная молельня — там поочередно молятся нийа и верховная жрица. Мне было милостиво разрешено посетить отдельную молельню.
Когда я вошла в уютную комнату, нийа уже была там. Она стояла перед противоположной стеной, на которой слегка светились какие — то знаки.
— Раздевайся, молиться нужно полностью обнаженной. — Проговорила нийа, не оборачиваясь.
Я пожала плечами. Все равно в этом хитончике я словно раздета. Хитон упал на пол, рядом с босоножками, и я ступила на тепловатый гладкий камень. Молельня была небольшая, отделанная камнем, похожим на тот, что был в главном зале, только красно — черного цвета с серебристыми прожилками. Помещение лежало в полутьме, освещаясь странным светом, исходящим от рун, украшающих стены. В дальнем углу, почти в темноте стояла кушетка, близнец тех, что мы видели, когда очутились в храме.
Тело нийи, на котором играли багровые блики, было прекрасным, загадочным и неотразимо чувственным. Может быть, я и была сейчас не очень предрасположена к однополой любви, но не признать сексуальности женственных
Секс вприглядку