по вульве сестры. Раздвигая губы и постепенно погружая член, в такое уютное влагалище, Таня села на меня верхом. Телодвижения Тани были плавные, но сильные. Она вращала, качала тазом, а член внутри влагалища метался от стенки, к стенке отираясь о них оголённым венцом головки. Она прикрыла глаза и кайфовала, поглаживая себе грудь. Пусть балдеет. Я привлёк к себе Машу, положил поперёк, грудью на грудь, и стал целовать в губы. Я считал, что она должна целоваться также хорошо, как и сестра, но ошибся. Губы Маши были жестче, что ли. Но я продолжал целовать эти не податливые губы, а пальцами проник в ложбинку и стал дразнить ей клитор. Это возымело эффект и её поцелуи стали более чувственными, губы вагины увлажнились и захлюпали. Теперь она сама впилась мне в губы, стала двигать бёдрами в такт движения моим пальцам. Я думал, что она вот-вот кончит, но она, не отрываясь от моих губ, легла на меня, оттолкну при этом Таню, и завела член себе в лоно. Её тело, покрытые испариной, скользило по мне упираясь полными грудями. Я прижал её к себе и найдя подходящее положение начал быстрые фрикции. Маша выгнулась, подалась вниз навстречу моим движениям, прижавшись лобком к лобку и закричав, кончила, теперь уже двигаясь, так как ей было лучше. С довольной блуждающей улыбкой Маша скатилась с меня и легла рядом, положив голову мне на плечо.
— Ну ты, Машка, даёшь! — Упрекнула сестру Таня, занимая прежнюю позицию. — Сломала весь кайф. Принеси-ка лучше бокалы, а то шампусик выдохнется.
Скосив глаза, я глянул в сторону Макса, я его увидел седевшего на диване, и лежащую Марго, положившую голову к нему на колени и играющую с торчащим членом. Идиллия. Но Макс тоже не кончил.
— Нет. Не могу. — Сдалась Таня, укладывая своё потное тело рядом со мной. — Ну, паршивка, погоди! Я тебе ещё устрою! — погрозила она пальцем сестре.
— Не расстраивайся, ещё успеешь кончить, и не раз. Правда, Макс?
— А то! — Он встал, не обращая внимания на Марго, и двинулся к нам.
— Вставай. — Поставил он Таню «раком» и тут же, без подготовки, всадил ей по самые яйца.
— Ах! Ах! Ах! — постепенно возбуждаясь, в такт толчкам, вскрикивала Таня.
— Ну, вот, другое дело, а то всё сама да сама. — Резюмировала Маша.
Разгоряченная Таня быстро приближалась к апогею экстаза, и через пару минут уже билась в оргазме. Макс, не выпуская из рук её зада, продолжал накачивать её лоно и довёл её до второй волны оргазма накрывшей её на уровне судорожного пароксизма. Бедная Таня орала, прижав руки к низу живота, согнувшись пополам и уперевшись в пол лбом. Девчонки испугано переглядывались, но вмешиваться не стали. Наконец, Татьяна замолкла и обмякла, безвольно повиснув на члене Макса и его сильных руках. Казалось, она была без чувств, но когда её опустили на пол и перевернули на спину, то увидели счастливую улыбку и слёзы на глазах.
— Теперь можно и умереть. — Блаженно улыбалась Таня. — Я в душ. — И шатаясь, придерживаясь за выступы, вышла. Все молча, думая каждый о своём, последовали за ней.
Я запарил в деревянной шайке три берёзовых веника, других просто не было, и влез на верхний полок и растянулся там, предаваясь своим мыслям. Марго с Машей о чём-то тихо переговаривались, изредка хихикая и поглядывая на нас с Максом, который сел рябом со мной. Мягкий жар
Удачная продажа. Продолжение