о край стакана, это Макс, трясущейся, как с похмелья, рукой, пытался налить воды.
— У нас ещё есть время? — поинтересовался я, имея в виду аренду сауны.
— Не беспокойся. Спонсор нашей команды, хозяин сего заведения, отдал нам его и ещё большой номер наверху, до завтра, до полудня. Девчонки! Нам хватит время, чтобы высосать из них все соки? — Марго подползла ко мне и с хищным видом вампира, взяла мой и повисший, и обмякший член в рот.
— Ну, коли так — гуляем! — Макс свернул голову очередной бутылке, и водка забулькала, разливаясь по бокалам! — За щедрость вашего спонсора. Будь он здоров!
— А кого он трахает? Если не секрет. — снимая кожуру с банана, как бы между прочим, спросил Макс.
Таня оглядела подруг.
— Да всех. Он у нас не только щедрый, но и любвеобильный. Выбирает, кого захочет. Он добрый и ласковый, не то, что тренер. Тот и жадный, и грубый, и член у него маленький. — Таня подняла указательный палец. — Наверное, поэтому и злой, что чувствует свою неполноценность.
— А ещё у нас есть классный массажист. Молоденький, сразу после техникума. Но руки у него сильные. Сам высокий, тощий, а член как у Макса, может даже, чуть длиннее, но тоньше. И стеснительный такой. Мы его сами изнасиловали, прямо в душевой. Вот смеху-то было. — Продолжила повествование о спортивной жизни Маша. — Помните, девочки?
— Да! Да! — подхватила рассказ Марго — Массажного кабинета у нас нет, просто занавеска в раздевалке. Когда Вадик, его Вадимом зовут, пришел к нам, то по началу он очень стеснялся, проходя по раздевалке и видя нас голыми, опускал голову, даже прикрывал глаза ладонью. Мы тоже с начала, вроде как стеснялись, ну, прикрывались, отворачивались, но попривыкли. На первый массаж шли в купальниках. Когда он делал массаж, а делал он его очень профессионально, было видно, как его член оттопыривал ширинку, и смешно так краснел, если на это обращали внимание. Есть у нас бойкая такая девчонка — Вика, ну так вот, эта Вика однажды поспорила, что доведёт нашего Вадика, и пошла к нему на массаж голой. Мы облепили шторку и не дыша наблюдали, что же будет дальше. Вика фигуристая. Попка круглая, вздёрнутая. Грудки аккуратные, ну, как у нас, а плечики женские покатые, шейка длинная, лобочек пухленький, как ты любишь, гладенький. — Глянула на меня Марго. — Сама не высокая, ну, ниже нас немного. В общем, лапочка, и на мордашку не чё. Вадик как увидел её, так и остолбенел.
Стоит, не жив не мёртв, челюсть отвисла и глаза на лоб. Смех! А Вика идёт к нему и играет грудями, гладит эдак призывно тело. Первым опомнился у Вадика член. Он так вскочил, что казалось, вот-вот, сломает молнию. А Вика подошла к нему расстегнула ремень, пояс и молнию. Брюки беспомощно повисли ниже колен. «Семейные» синие трусы, в мелкий, видимо когда-то, до стирки, белый горошек, оттопырились, поразив всех нас величиной того, что они скрывали. Вика тоже опешила, но, недолго думая, взяла этот бугор в руку. И тут произошло то, что никто не ожидал. Вадим ойкнул и на его трусах расползлось большое тёмное пятно. Мальчишка кончил прямо в трусы. От стыда он не знал куда деваться. Хорошо ещё, что никто не смеялся. Подхватил брюки и кинулся из-за штор, но натолкнулся на плотную стенку полуголой команды. Он чуть не плакал. Тогда вышла наша «мама», старшая, среди нас, Тома. Она тоже была в одних трусиках и грудь женщины, кормившей когда-то детей, тяжело
В доме отдыха