ни с того, ни с сего, спросила Оля. И посмотрела на меня своими красивыми, серыми, захмелевшими, глазами.
— В отместку на твой поцелуй в маковку. А что?
— А почему только её, может, я тоже хочу? — у Юли слегка заплетался язык.
— Готов искупить, хоть сейчас.
Я встал со стула и протянул руку, чтобы помочь Юле встать, но вместо этого, она дёрнула меня за руку, и, пытаясь ничего не свалить, я оказался сидящим на диване между подружек.
— Ну же! — Настырная Юля развернула меня к себе и призывно приоткрыла пухленькие, как и вся она, губки. Наши губы слились. Поехали, цинично подумал я, пробуя упругость её груди. Она закинула на меня ногу. Есть контакт. Это девочка наша. Но нужно не упустить и вторую, которую и хотелось мне больше. Я оторвал от себя Юлю. Ольга скромно сидела рядом, сунув обе сложенные ладони между ляжек. Только сейчас я заметил, что девчонки сняли колготки. То-то они хихикали на кухне. Не люблю я целоваться с правой стороны. Я взял Олю за плечи развернул и, повалив к себе на колени, припал к её губам. Худенькие плечи задрожали, и она, обхватив моё лицо ладонями, стала покрывать его поцелуями. Не теряя времени, я изучал её худенькое тело и обнаружил упругую грудь, не прикрытую чашками лифа, с большими твёрдыми сосками.
— Хватит! Хватит! Не увлекайтесь! Давайте выпьем за любовь!
— А можно уточнить? Какую именно любовь ты имеешь в виду?
— Как какую? Настоящую, конечно! — возмутилась Юля.
— А какая она, настоящая любовь?
— Ну, чтоб подарки, цветы дарил, ухаживал, в кино в театры водил. Ну, чтоб целовал, ласкал и остальное, конечно.
— Юля, а за какие такие коврижки, он всё это должен делать? За то, чтобы ты соизволила ноги раздвинуть? Ты-то его любить, как собираешься?
— А что я? Да, пусть добивается, чтобы я захотела с ним переспать. Не дарить же ему цветы? Хватит подарков и на праздники.
— Вот, мы с тобой сейчас не по-детски целовались. Значит ли это, что ты меня любишь?
— Нет, конечно! Я целоваться люблю, а ты парень видный. Почему бы и нет? Ведь мы тебе тоже небезразличны?
— Нет, небезразличны. Вы мне симпатичны. И знакомясь с вами, я имел вполне обычное для мужского пола всех возрастов желание — просто, затащить вас в кровать. Пошло? Да! Но мне нравится секс, и я люблю этим заниматься. Это любовь?
— Нет. Это похоть. — Тихо сказала Оля. — Не помню, толи читала, толи слышала, что любовь — это триединое чувство взаимного влечения. Первое — душевное. Второе — интеллектуальное. Третье — сексуальное. Только наличие всех трёх и есть настоящая любовь!
Лицо Оли светилось вдохновением. Щеки пылали, может от чувств, может от вина. В этот момент её и в самом деле хотелось полюбить по-настоящему.
— За любовь!
Звонко чокнулись. Выпили. Повисла гнетущая пауза. Нужен было сделать резкий прыжок от высокого к пошлому, и никто не решался совершить его первым.
— Для возвышенного нужно время, а его у нас нет. Поэтому ограничимся низменным, но красивым... , назовём вещи своими именами — сексом. Кто за данное предложение, прошу поднять... рюмки.
— Фу! Как грубо!
— Зато честно. Так кто «за»? — Я поднял рюмку, за мной, в чём я не сомневался, Юля, и только Оля медлила. — Есть старый анекдот:
Долгая дорога в джунглях любви Жасмин. часть1я