одиночестве на кровати Макса, а он, заботливо прикрытый простынёй похрапывал на моей и тоже один. Скоро вставать, сейчас бы понежиться в дрёме, но ссать хотелось отчаянно. Направив струю в унитаз, я рассматривал натёртые края плоти. Да, вчера выдался очень напряженный день, такого количества женщин, побывавших на моём члене, да ещё и не по разу, я припомнить не мог. Надо сделать передышку. Я стряхнул с конца и вышел в коридорчик. Там стояла Люся, одетая в гостиничный халат.
— Тебе чего? Люся, рань-то какая, дала бы хоть немного ещё поспать. — Зашипел я на неё.
— Сашенька, меня целых три смены не будет, а я о твоих ласках уже сейчас скучаю.
— Тебе, что вчера Макса не хватило? Вон как заливалась.
— Да, не знаю я, какого рожна на него полезла. Ведь хотела к тебе. Давай ляжем, а?
— Я вчера член до мозолей стёр, угождая всем желающим. Боюсь, что не получится.
— А я пожалею. И ещё у меня мазь одна волшебная есть. Всё махом заживляет.
— Откуда ты узнала, что мне такая мазь потребуется?
— Девчонки, когда уходили, видели, что у тебя покраснел.
Как бы невзначай её халат распахнулся, открывая обнаженное тело. Вот зараза! Знает, чем достать. Опухшая головка вздрогнула и поползла вверх. Люся торопливо отряхнула халат, открыла какую-то баночку, и приятная прохлада её ладоней, втирающих мазь, окутала воспалённую плоть.
— Вот дура-то! Я его даже не поцеловала!
— Уймись. Не до того. А мазь и впрямь, волшебная. Глянь-ка, и отёк спал. Погладь ещё. Сядь на унитаз. Так будет удобнее и Макса не разбудим.
Люся в благих целях нежно мастурбировала мой член, втирая мазь. Эрекция достигла пика и мне стало уже всё равно, я забыл о боли.
— Хватит. Упрись рука на край ванны. А-А!
— О!
Мы слились. Мне нравилось брать Люсю, именно так, сзади, уж видимо такое у неё строение. Мы дружно приближались к долгожданному оргазму, когда дверь распахнулась и сонный Макс, потрясая своей елдой прошел к унитазу.
— Вам что кроватей мало? Как школьники по туалетам прячетесь?
— Во блин! Весь кайф сломал! А мы тут, чтобы его не разбудить. Сволочь ты, Макс!
— Ладно, пошли в постель, ещё успеем догнать.
— Ага! Если ещё кого чёрт не пришлёт.
Не теряя время, я лёг на Люсю, расплющив под собой её объёмные груди. На сей раз Люся, боясь опоздать, работала от души и её оргазм, обнадёживал меня и моим близким финалом.
— Мальчики! О! Вы уже встали? Или ещё не ложились? Вы меня вчера не потеряли, случайно?
Марья, покачиваясь и опершись о косяк, соблаговолила осведомить нас о своём прибытии.
Зараза!
— Ты где болталась, беременная ты наша, а?
— Мы были с Валентиной Андреевной в гостях. Там и заночевали. Не возвращаться же мне ночью одной?
— Мужики-то хоть приличные? Садись, расскажи! — Люся потянула Марью к себе на кровать.
Марья, сбросила на пол шубку, стряхнула с головы меховую шапку, скинула туфли и сбивая бёдрами углы мебели прошла к кровати.
— Знаешь? Все мужики сволочи! Все! И трусы. Все только за Валентиной и ухлёстывали! Кобели! А я, хуже, что ли? Ну подумаешь, не много беременная! Так хоть бы один поцеловал для приличия! Нет! Да там, похоже мужиков вообще нет! Мы, представляете, с Валей вдвоём спали. Даже её никто не закадрил.
— Видимо поэтому вы и надрались?
— Да пили коньяк почти до утра. Разделись, как порядочные. Думали хоть кто-нибудь ночью заглянет! Хер! Кстати, а у тебя почему он торчит? Можно? А то длительного воздержания, зудит всё.
Марья, вот ещё горе, пьяная дура, стащила портки и встала на край кровати раком,
Танька