Я быстро поставил её коленками на тёплый мрамор и дал волю накопившемуся желанию, которое умело подогревали, не только во мне, мои подруги. Их руки и губы искали и находили то её клитор, то мою мошонку, то её соски, то мой анус. Света плыла на гребне оргазма и купалась в его волнах, которые то и дело захлёстывали её. Я уже несколько раз поменял позу, но сам так и не приблизился к финалу ни на миллиметр. О! Как я был благодарен Свете, когда она взмолилась отпустить её.
— Я больше не могу, пощади. Мне уже больно.
— Ты же этого хотела?
— Да, этого, но не столько сразу.
— Хорошо. Отдыхай. Девочки, а вы что? Тоже устали?
— Я, пас! «Напилася, наеблася, аж самой не верится!» — Пропела Вика.
— Тогда он мой! — и Сю оседлала меня.
— Только не долго. Человеку тоже нужно отдохнуть. — как строгая мама, сказала Виктория.
— Я быстро.
И действительно, Сю застрочила как швейная машинка, вскрикнула, подёргав член влагалищем и упала мне на грудь.
Следующий день мы провели втроём. Виктория напоила меня отваром, и я весь день совал вздыбленный фаллос во все щели, пока женщины не взмолились о пощаде.
Эпилог
В субботу мы улетели на сказочные острова и целый месяц жили в раю, не стесняясь желаний и позволяя себе любить кого угодно, когда угодно и как угодно, включая очень приветливый персонал.
Вернулись мы в ад.
Дефолт убил все наши надежды на светлое будущее.
Я больше никогда не возвращался в этот город и не знаю ничего о судьбах тех женщин, которые подарили мне столько тепла и ласки. Не знаю проросло ли моё семя и ходят ли по земле мои отпрыски.
Лишь совершенно случайно увидел заметку о бандитской разборке, в которой погибла Виктория.
Никогда я больше не слышал и о Максе.
Моё КБ развалилось, и я остался без работы и теперь работаю автомехаником.
Но я по-прежнему люблю женщин, и они любят меня. Только это и внушает надежду в счастливое завтра. На послезавтра я не загадываю.
Вот так и произошло...