остановиться — бешенство матки было. Её все, кто хотел, трахали, а ей — только в радость! Но, когда родила, снова нормальной стала. Может Вашу жену тоже так насиловали, и теперь ей нужно просто забеременеть? И Вовка с его друзьями не нужен будет! Они, как вшестером всей компашкой собираются, обязательно какую-нибудь женщину трахают, причём всегда одну на всех, и по кругу.
От женской проницательности Риты мне стало не по себе. Как я сам не допетрил, что давно пора было заделать второго ребёнка, и всё бы сейчас было нормально. А что мы имеем? Что — я, что — жена, опускаемся, делаем разврат нормой своей жизни, да ещё какой разврат! Разве забудется то, как она с моим отцом, или я — бутылкой! Понятно, гормоны. Возбуждение взвинтило, а после, когда всё устаканится, как будем смотреть близким и друг другу в глаза? Да той же матери и отцу!
Рита долго обнимала меня, не желая расставаться, но, всё же взяла себя в руки и отпустила домой.
Шагая по улице, я изумлялся тому, что с Ритой, искренне отдавшейся мне, всё было нормально, и даже после двух раз я не чувствовал себя измученным болью. Её просто не было! Мир — перевернулся. Остановился у фонаря. Достал пачку с фотографиями. Начал перелистывать их, глядя на то, как в мою жену впихивают члены незнакомые мне мужики, доставляя ей наслаждение, но в штанах ничего не шевельнулось. Удовлетворённость с Ритой? Возможно, но ведь должен же был хотя бы шелохнуться! Ладно, холодно. Дома получше рассмотрю.
10. Держите голову!
С нетерпением и страхом, отвращением и предвкушением смотрел я на пакет, лежащий на моём столе.
Пленницы старого Боба