тот факт, что братец сбежал со своей новой семьёй «забугор» от ее приставаний и жажды постельных утех – ну вот так у них это произошло пару лет назад, неожиданно...
— Да и у вас отлично получается – решив подбросить в топочку их тесных зажиманий пару дровишек – решил он, зная от своей бабки давний рецепт: лесть и ласка растопят абсолютно любую женщину.
****
— А вот и наше гнездышко. Да, коза дереза? – обратилась она к племяшке, которая открывала бронированную дверь большого коттеджа.
— Гнездище! Порока и разврату... - вдруг весело сообщила та, бросая рюкзак в прихожей.
— Ой, ну прямо там! Не смущай дядю Володю своими шуточками!
— Ложи, пока тут все, раздевайся и будь как дома... - она выхватила у него пакеты и сложила возле стены.
— А где у вас тут...
— Ванна направо, а туалет рядом. Только я первая, радиатор просто кипит уже! – удивляя его мужской терминологией, она, не одевая тапочек, скрылась за одной из дверей.
Потоптавшись в прихожей и решив оглядеться, Вовчик прошел вглубь дома, мимо одной из комнат и вдруг замер: в расположенных друг напротив друга проемах дверей, где таковых не было вообще, в глубине комнаты, возле одного из шкафов раздевалась Лерка.
Она уже сняла оранжевую вязанную кофту и находу расстегивала расклешенные джинсы. Пытаясь справиться с замком, нагнулась к поясу. Бежевый лифчик почти сливался с ее телом, а большая грудь, по-видимому, всегда мешала ей в этом процессе.
Увидев его, она без стеснения махнула ему рукой и прорычала:
— Сможете расстегнуть? Заело что-то...
Гость на ватных ногах подошел к ней, присел и, поглядывая на ее пупок, дрожащими пальцами начал выяснять причину поломки. Лерка уперев руки в бока, стояла и не мешала ему с вошканьем над неисправной молнией. Когда он, наконец-то справился с блестящей змейкой и вжикнул за бегунок вниз, она радостно взвизгнула:
— Уряяяя, ты спас меня Хоттабыч – перейдя к нему на «ты», и сняв перед ним джинсы, Леруня резво отбросила их в сторону комода.
Поднявшись, Буянов заторопился к выходу, но девушка схватила его за руку и дернула в свою сторону.
— А бюстик?
— В смысле? – непонимающе уставился он на нее.
— Помоги расстегнуть говорю – девица, опять уперев руки в бедра, повернулась к нему спиной.
В этот раз, у него уже ничего не дрожало, зато в брюках начался полный кавардак: лямочки разошлись и красавица, забросив на плечо невесомые кружева и виляя пятой точкой, исполняла перед ним знаменитую сценку из гайдаевской комедии в отеле «Атлантик», при этом смешно отставив одну ногу в сторону, пыталась изобразить подобие танца живота.
— Смотри, это я недавно научилась... – она продолжала изгибаться и крутить перед ним своей обалденно соблазнительной, почти голой, попочкой.
— Красиво...Ладно пойду я, а то ванная уже, наверное, освободилась – чувствуя, как горят уши, мужчина рысцой понесся в направлении спасительных апартаментов.
В доме было жарко, это чувствовалось даже ходя по полу босиком: Буяныч слышал недавно от мужиков, что есть полы с подогревом, но почему-то с трудом верил в эту технологию.
Зайдя в ванну, он было хотел закрыть на щеколду дверь, но там ее не оказалось. «Ну и гнездышко, мать его, ни дверей, ни запоров – просто бальдерьеро какое-то». Включив холодную воду, он плеснул на себя горсть спасительной прохлады, пытаясь хоть как-то охладиться от такого «жаркого и дружественного» приема. Смотря на себя в зеркало, сельский житель только сейчас понял, в какие «царские хоромы» он попал: все было в дорогом итальянском кафеле, огромная ванна сверкала идеальной
На колени!