— Вы так быстро! Видно, еле дотерпели! — парировала Светлана.
Мы снова выпивали, рассказвали байки и анекдоты, ненавязчиво изучая взглядом тела жён друзей. Им этого видимо было мало и Светлана первая предложила потанцевать. Она пригласила Пашу, Сашка предложил моей, и она с нескрываемым удовольствием пошла с ним. Его Лиза, видя это, позв
ала меня, Вовка предложил Лене, которая от волнения едва не задыхалась, и тогда Боря предложил руку Наташе. Первый танец был странным: наши партнёрши то и дело стреляли глазами по сторонам, стремясь получше разглядеть причинные места чужих мужей. Дальше, на удивление, казалось бы спонтанные пары вновь сошлись в танце, только Лена теперь танцевала со мной, а Лиза — с Вовкой. Лена сама предложила поменяться. Теперь партнёрши изучали нас, своих партнёров по танцу. Наташа что-то рассказывала Боре, и от того, что она ему говорила, у того торчком стоял, и уши пылали. Я же старался успокоить Лену. Поглаживал ей спинку, даже не предполагая, что именно там, между лопаток у неё находится эрогенное местечко. Она таяла на глазах: взгляд её всё более соловел, и вскоре девушка окончательно потеряла над собой контроль, начав непроизвольно тереться лобком о моё бедро, оставляя мокрый след. Незаметно спускались сумерки. Пятница завершалась. Я настолько увлёкся партнёршей, что не устояв, начал пожимать, оттягивая сосок её груди, и девушка наслаждалась, всё больше впадая в то состояние, при котором женщине ну очень хочется, и уже не важно ей то, чей член подарит освобождение от мучительной истомы желанием. Но как-то внезапно я насторожился: за столом пила, утоляя жажду Светлана, а Паши — её партнёра по танцу не было в комнате, как и моей с шебутным Сашкой. В голове моментально пронеслась догадка про то, что моя согласилась сняться для меня с Сашкой, который ей с самого знакомства очень нравился, под предлогом того, что это для меня, если я замечу и пойму причину их отсутствия. Внутри всё взбурлило ревностью, но я понимал, что стану выглядеть жалким и смешным, если рвану туда, в комнату, где сейчас мою жену ублажает мой друг, а второй друг снимает это на камеру. Пришлось перебороть себя, и теперь я лишь поглядывал изредка на полоску яркого света, пробивающуюся из-под двери. В какой-то момент, дошедшая ко кондиции Леночка сама, склонив вниз мою голову, принялась откровенно целоваться. Сколько это длилось — я не знаю, но когда поцелуй закончился, я уже и сам хотел её. Даже отсутствие жены притупило чувства до уровня недовольства её поведением. Оглядевшись же, не сразу осознал перемены. За столом снова сидела отдыхающая дама, только теперь это была Лиза, а Вовки, Паши и моей жены в комнате не было. Танец плавно перетекал в следующий, и я уже вполне откровенно ласкал Лену в сумраке, двумя пальцами. Она выглядела почти счастливой. Танцы закончились, когда из комнаты вышли раскрасневшиеся и потные Боря с моей. Она была откровенно усталой и тут же присела на табурет, привалившись спиной к стене. Боря, находясь в сильном смущении, и, видимо, мучимый угрызениями, подошёл ко мне и зашептал:
— Ты из парней один остался, кто не попробовал с чужой женой. Ты Ленке нравишься. Веди её в комнату — Паша с камерой там.
Видимо Борю мучила совесть за то, что и он, в том числе, мою поимел, и мне тоже нужно дать того, что остальные парни уже попробовали с моей. Мы пошли в комнату. Я вёл Леночку, и она немного смущаясь очевидного, тихо спросила:
Нежные руки массажиста.