на него и будет ловить ладонями прыгающие груди, касаться их губами...
— Сделаешь одну вещь для меня — прервала она его грезы. Она знала, что сейчас он согласен на все.
— Конечно... Не вопрос... — сбивчиво пробормотал он.
— Не спеши. Дело непростое.
— Слушаю — вздохнул он. Походу дело было серьезное, жаль.
— Дети пойдут, где жить будем? Ипотека не вариант, не хочу я на оставшиеся от выплат и расходов на детей гроши кантоваться. Не мое это.
— А что делать?
— Надо чтобы Вика съехала — произнесла Юля тихо, тщательно выговаривая каждое слово тоном не допускающим возражений
— Но как? Это ее квартира вообще-то — нахмурившись, заметил Дима, он уже догадывался, что этот вопрос супруга взвалит на него.
— Придется сделать, так, чтобы ей было... ну неуютно что-ли... очень неуютно.
— Юля, ты чего? Она сестра твоя, нельзя так...
— Тс... — цыкнула Юля — Да не будем мы ей гадить, даже наоборот, поможем. Слушай внимательно.
И она изложила мужу свой план. Квартиру продадим, одну треть Вике, две трети нам. Вика съедет, потому что Дима будет к ней настойчиво клеиться, но это ей во благо будет, на самом деле. Нет у нее никого, а ведь давно пора. Надо растормошить ее, чтобы она все-таки мужика искала.
— А то, как дурочка, прикинь: сидит в парке на скамейке книжку читает и ждет, когда принц подойдет, сама так рассказывала.
— Но это как-то нехорошо — цеплялся Дима за последнюю возможность, понимая, однако, что в очередной раз все решили за него — и потом, с чего ей делить деньги на троих?
— Мужчины... Ты Димочка тему не рубишь совсем. Ты даже не видишь, как она на тебя смотрит, не как на брата, поверь и давно уже. А насчет доли — так у нее выбора не будет, когда я тебя с ней застукаю. Ты ее тут держишь. Потому она и не ищет никого.
— Серьезно?! — воскликнул Дима
— Нравишься ты ей, даже больше чем нравишься. Так останется старой девой из-за тебя или...
— Я, да я — никогда! Но и так тоже нельзя!
— Слушай... — от ее внезапного протяжно-резкого тона у Димы екнуло сердце. А может тебя как раз все устраивает? Нарожаю тебе детей, грудь отвиснет, располнею, а ты будешь младшенькую пялить за моей спиной. Так?! Хорошо, твою мать устроился!
— Юля, блин, ну ты че?! Я тебя только люблю! Даже и в мыслях...
— Да брось. Все вы мужики одинаковые... Машку уже забыл?
— Юля, один раз было, клянусь: один раз! Всю жизнь теперь вспоминать будешь?!
— Так из доверия вышел, прости, рада бы... Извини, я наверно палку перегнула... Ну прости...
Она ласково прижалась к мужу, позволив ему ласкать не слишком большие, но такие манящие груди, он прижался к ним губами, провел языком по контуру соска и лизнул быстро твердеющий кончик.
— Любишь меня? — прошептала она чарующим полушепотом, от которого уже боеготовый член встал колом. И не дожидаясь ответа — Тогда сделай это сейчас... Буду очень признательна — добила она Диму, скрепив его безмолвное согласие поцелуем.
Нехотя он встал с постели и потянулся за халатом.
— Нет, только трусы натяни, торс у тебя классный, игриво заметила Юля.
— А...
— А это хорошо, что у тебя стоит, чуть остынь и давай, прижмись к ней слегка, пусть почувствует, как ее хочешь, плюс запах...
— Запах?
— От тебя трахом за версту... — усмехнулась супруга... эх, мужики...
— Как далеко... мне можно зайти? — опустив глаза, поинтересовался Дима.
— Приласкай, сиськи помни, они у нее зачетные, в следующий раз в трусики залезь. Сам знаешь.
Потрясающая улыбка Светланы