Ну, если потом под конец она в ротик разик-другой у тебя возьмет, и или ты ей куни сделаешь. Вот тогда, самое то будет мне вас застукать.
— А если... — помявшись спросил он — яйца оторвешь?
— Нет, милый много хуже, трахнешь ее — расскажу Вике все как есть, и будешь ты, милок, жить один. Я знаю, мне больно будет очень, но поверь — я это сделаю.
— Я понял. Стремно мне, но походу ты права. Она действительно последнее время была какая-то странная, вся в себе.
— Вот, то-то и оно. Вернешься — я тебе полную разрядку дам.
Он вышел с неровным дыханием и стучащим сердцем. Все было тихо, вряд ли Вика их слышала, квартира планировкой была как распашонка, комната Юлиной сестры была с другой стороны дома, да плюс телевизор работал, они часто включали его, если занимались любовью до наступления поздней ночи, дабы не смущать Вику.
Дима открыл дверь и вошел в комнату, Юля подсказала, что за книгами Вика ничего вокруг не видит и не слышит, погружаясь в чтение целиком. Так и есть: она сидела за столом, углубившись в чтение электронной книги, и не обратила не него внимания, похоже даже не заметила его прихода. В какой-то момент Диме стало ее жалко, но он подумал и представил в красках, что будет потом, и похоть победила стыд. У него вставал на нее, вначале помимо воли, потом уже осознано. Дима невольно усмехнулся: Юля как всегда была права.
Вика провалилась внутрь повествования и мало на что обращала внимание. Эх, ведь раньше в восемнадцатом веке было проще, родители всех женили, и не надо было думать, что можешь остаться одна, и часы тикают. Муж, дети, а для души есть любовник, ну или для похоти, муж тоже с любовницей и с ним так же можно иногда. Игры всякие, забавы и не осудит никто, у всех так. Разумно было все, правильно...
Руки Димы легли ей на плечи, она судорожно резко вздохнула, почти охнула и быстро выключила девайс, раньше, чем он успел бы прочитать название и сам текст. «Жюстина» — мелькнули буквы перед тем как погаснуть.
— Привет, что читаешь? — нужен был повод для разговора, хотя бы формальный
— Да так — чуть покраснев, уклонилась она
— Ты сутулишься, давай я тебе массаж сделаю — он принялся не спеша деликатно разминать действительно затекшие мышцы Вики — тяжело тебе наверно с таким богатством.
— Ну да. Спасибо. Ой! — вскрикнула она, когда он интенсивнее работать пальцами и задел пролежни от лямок бюстгальтера.
— Извини, я буду аккуратней.
Приятная теплота разливалась по спине, по всему телу. Было хорошо и спокойно, но затем она почуяла его запах, и тут же словно подгадав, он чуть придался к ней, и она почувствовала легкое прикосновение напряженной плоти. Дыхание перехватило, рот раскрылся, и она судорожно хватала им воздух, который почему-то не шел в легкие. Тепло разлилось по всему телу, а там, в груди все сжалось в комок от стыда внезапного осознания правды. Потому что сейчас она хотела только одного: чтобы муж сестры отбросил стул, приподнял ее, бросил на стол, задрав юбку и стянув трусы отымел как шлюху. Потому что большого она не заслуживает, потому, мысли одна грязней другой копошатся в голове и робкий возглас совести: «нельзя, нельзя!» почти заглушен этим роем.
— Ты... подкатываешь ко мне? — первые слова дались с превеликим трудом, но она сумела как-то собрать остатки воли в кулак и решимость устоять крепла с каждым сказанным словом.
Порка для жены