маме глубоко в горло, в отличие о троих предыдущих маминых любовников. Когда он её отпустил, мама так и зашлась в кашле. Вместе с кашлем из её рта вылетали сгустки спермы и большими пятнами оседали на деревянном полу.
Виктор довольно потянулся, усаживаясь на скамью.
— Хорошо сосёт... , — проговорил он, — так-то талант чувствуется..
Олег и Дрон согласно закивали:
— Да, практика, у бабы безусловно есть.
И только теперь с лавки поднялся Колян. Я скоро понял, почему он не пожелал давать маме в рот, что называется строем. Колян любил огонёк и размерность.
Коля поднёс к маминым губам бутылку шампанского. К моему удивлению, мама стала жадно пить. Когда она отстранилась от бутылки,, Колян не моргнув глазом перевернул бутылку и то, что мама недопила вылил ей на голову и на лицо. А после тщательно обтёр мамино лицо и волосы полотенцем. Нет, он не пытался так унизить маму, или сыграть с ней очередную шутку, а просто убирал таким экстравагантным с неё остатки спермы своих предшественников.
Потом поднял маму с колен. Вместо этого, он поставил её на корточки, велел ей раздвинуть колени широко в стороны. Я часто видел подобное, — в порнофильмах именно так часто сосут шлюхи. Видимо, мы с Коляном смотрели одни и те же фильмы..
Колян не просто трахал мою маму в рот, он делал это с искоркой, затейливо как-то. Совсем не пытался быть грубым. И не гнал лошадей.
Для начала дал маме неспешно вылизать свои яйца. Чудь погодя, велел маме, чтобы она вобрала его яйца полностью в рот и она так долго полоскала их ему.
Одной рукой он заботливо поддерживал маму за затылок. Опять же, а попробуйте, без поддержки, со связанными за спиной руками, постоять на корточках, когда твои колени широко расставлены в стороны...
После какое-то Колян время водил маме своим членом по губам. И только после этого, засунул член в ей рот. Медленно. Осторожно. Но тоже глубоко. Он мягко насаживал маму на себя. Но всё та же, не спеша. Вытаскивал член, бросал короткие команды и мама послушно облизывала ствол, посасывала губами, как леденец, возбужденную большую головку. Несколько раз Колян тёрся членом о мамину щёку. Об одну, о другую. Снова давал маме в рот. Несколько раз засовывал маме член за щеку.
Иногда он тоже шлёпал маму по лицу. Но еле-еле. Просто, чтобы мама чувствовала кто тут хозяин. По-моему, мама даже была ему благодарна за отсутствие грубости, ругательств, оскорблений и больных пощёчин. Во всяком случае, ему она сосала по настоящему, кротко исполняя все его прихоти, и вообще, было заметно, что всеми силами старается Коляну угодить и ублажить его.
А женщины за меня взялись всерьёз. Видимо, по непонятным мне правилам их игры, мне тоже предстояло кончить и, видимо, не позже, чем это сделает последний и пятый подряд мужчина, у которого моя мама брала в рот за последние полчаса.
Губы Лены припали к моим губам и слились в долгом поцелуе. Её груди прижималась к моей груди так, что я кожей груди явственно ощутил её твёрдые соски. Язык Лены ворвался в мой рот и искусно теребил и играл там с моим языком. Мои яички были теперь целиком во рту у рыженькой Кати, жены Коляна. Она их любовно посасывала, — полоскала собственным ртом, — мягко мяла губами. Её язык настойчиво теребил мою мошонку.
Мой член был в тесном плену между плотно прижатых к дружке дружке губ Алины и Наташи. Их губы синхронно летали по моему стволу, верх-вниз. Их язычки безостановочно ласкали кожу моего возбуждённого мужского достоинства.
Транссексуалочка ЛИЗА