ее. Только когда он был уже в нескольких сантиметрах, держа свой член в кулаке, в то время как тот сочился преэякулятом, я понял его намерение. Мы снова встретились глазами, и я увидел его лицо, все еще мокрое от соков Эмили, с голодным и решительным взглядом. На мгновение я застыл в замешательстве, и головка его члена преодолела короткое расстояние до верха ее щели. Когда он толкнулся, та исчезла в ее складках.
— А? НЕТ! — вскрикнула она, и ее бедра быстро повернулись, заставив его вырваться, а ее рука накрыла ее щель.
— Да ладно, Хэл возьмет тебя на небеса. Пусть повеселится, — сказала Ронда.
— Пожалуйста! — сказала Эмили, умоляя меня своими глазами.
Я знал, что она имеет в виду, и понял, что пришло время прийти к ней на помощь, поэтому помог ей подняться и позволил поправить свою одежду, в то время как остальные молча смотрели.
— Думаю, нам этого достаточно. Извините, но мы поедем, — твердо сказал я.
С этими словами мы повернулись и вышли из комнаты, услышав слабые бормотания, когда подошли к двери.
***
Мы стояли перед домом почти сорок минут, прежде чем прибыло такси, и провели большую часть в молчании, поскольку все еще обдумывали то, что только что произошло. Это было настолько непрогнозируемым и настолько необычным для нас, что у нас не было ориентира, как реагировать или что говорить. Едва оказавшись в нашем гостиничном номере, Эмили быстро разобрачилась и пошла прямо в ванную, и только тут я понял, что мы забыли ее стринги. Я знал, что в какой-то момент, если это еще не произошло, Хэл поднесет их к лицу и вдохнет ее аромат, и по какой-то причине почувствовал настоящую гордость, а не отвращение.
Теперь, в безопасности и тишине гостиничного номера, я остался в удивлении, почему позволил событиям произойти. Я засомневался в своей мотивации, так как до сегодняшнего вечера в моем мире фантазий не было ничего и близко подобного этому. На самом деле, ни одна из моих сексуальных фантазий не включала других людей. Они всегда были об Эмили и обо мне, вместе пробующих что-то новое. Было ли это странным продолжением этих мыслей? Был ли в моей голове темный укромный уголок, который только что проявился? Или это была просто последовательность событий, которые вышли из-под контроля? Я метался всю ночь, пытаясь выбрать определенный вид, но, похоже, ничего не подходило.
Несколько раз за ночь я слышал, как рыдала Эмили, и каждый раз я притягивал ее к себе и нежно гладил, но мы все еще были далеки от слов. На следующее утро все еще не было решено, и мы перенесли свой на более раннее время, поскольку оба хотели вернуться к дружественной обстановке. Конечно, я по-прежнему очень беспокоился об Эмили и о том, как она справится, поскольку чувствовал, что помимо гнева на меня, она была также потрясена своими собственными действиями.
Поездка домой была напряженной, и напряжение не уменьшилось, когда мы приехали. Эмили почти не разговаривала со мной, а когда это сделала, то только для того, чтобы высказать основное. Она дала понять, что я подставил ее, и хотя я думал, что это было частично вызвано ее собственным поведением, но держал рот на замке. Думая, что мой лучший союзник — время, я просто старался быть хорошим мужем.
***
Прошло три недели, прежде чем Эмили доверилась Хлое. Я почувствовал это, едва вошел в дом и увидел странный взгляд в глазах ее подруги. Это означало осуждение и немалую степень гнева, что заставило меня быстро отступить в другую комнату. Позже, когда мы
Все началось с набережной