До этого, занятый шикарным телом госпожи С., я как-то особо не присматривался к тому, что она там гладит у моего напарника. Но теперь, когда ЭТО предстало во всей красе, у меня буквально отвисла челюсть. Назвать это членом было сложно — это был шланг, дубинка, питон, но только не член. Мощный, черный, он был в два раза больше моего, а яйца под ним раскачивались размером с мой кулак. А головку правильнее назвать модным сейчас словом «залупа» (хоть оно мне и не нравится), потому что она была просто громадной. Мне даже стало не по себе — и так особо размерами не гордился, а по сравнению с таким гигантом мне тут вообще, по сути, делать нечего.
Открыв свой блядский ротик, Анна Владимировна нежно обхватила губами эту самую громадную головку, и начала слегка посасывать, смотря своему черному любовнику прямо в глаза. Марсель ласково убрал ее волосы, чтобы не мешали. Я отвел глаза в сторону — не хотелось смотреть, как они это делают. Но сладкие причмокиванья я слышал, и это побуждало меня нет-нет, да взглянуть краем глаза.
— Саш, подтащи стул, — попросила госпожа С., на секунду выпустив изо рта свою любимую игрушку.
Я подчинился, предварительно сняв брюки, болтающиеся в районе коленей, и вынес стул из-за учительского стола. Я думал, что сядет она, но Анна Владимировна знаком дала понять, что хочет, чтобы сел я. Когда я уселся, мой твердый фаллос, как мачта, гордо устремился вверх. Поднявшись с колен, она, покачивая бедрами, подошла ко мне, наклонилась, и взяла его в рот.
Господи, как она сосала! Я перепробовал много женщин, и сравниться с ее умением могла только Карина Игоревна. Но та действовала, как профессиональная шлюха, то есть, за ответное удовольствие, а у госпожи С. это все шло от души, от самого сердца. Яростно атакуя головку, она с громким хлюпаньем погружала ее в рот, облизывалась, водила рукой по стволу, с утробным стоном сжимала между губ яички, лизала их, а потом заглатывала член, проталкивая его себе глубоко в горло. Чмоканья, наше возбужденное дыхание, ее довольное мурчание — ну точь-в-точь, как кошка, дорвавшаяся до сметаны — эхом отдавались в пустом классе. Прогибаясь в спине, она ни на миллиметр не согнула ноги, демонстрируя восхитительную растяжку, грудь тряслась от каждого движения. Я только и мог, что балдеть и охать от острого, ни с чем не сравнимого наслаждения.
А между тем Марсель тоже не стоял без дела — воспользовавшись тем, что «училка» повернулась к нему попкой, он спустил с нее сначала юбку, а потом и трусики — она послушно переступила ногами, оставшись полностью обнаженной, если не считать какой-то цепочки на шее. Теперь уже он опустился на колени, покрывая поцелуями ее сочные ягодицы, а потом раздвинул их, и погрузил два пальца в хлюпающее от возбуждения лоно. Госпожа С. застонала, и подалась бедрами ему навстречу, насаживаясь на его сильные, черные пальцы. Краем переполненного кайфом сознания я подумал, что жаль, что нас не снимают на камеры режиссеры — получился бы отличный порнофильм, где два ученика, один белый и один черный, трахают вместе развратную, известную на весь мир красотку.
— М-м-м-м! — причмокнула она в очередной раз, выпуская мой член изо рта. Ее губы блестели от слюны, глаза горели огнем похоти и страсти. — Какой послушный ученик!
Ни на секунду не отходила от своей роли, поддерживая игру. Не удержавшись, я притянул к себе ее лицо, и поцеловал эти вкусные, манящие губы, заодно погладив ее пышные груди. Она ответила, а
Деньги решают всё. Начало. Часть 2