задрала подол платья и отставила одну ногу так, что было видно половые губы, и рассматривала внутреннюю поверхность бедра. Когда шаги приблизились, она выпрямилась, поправила платье. И как ни в чём ни бывало пошла дальше.
— Укусил кто-то, — пояснила она, — да так больно!
По дороге на рынок и обратно платье под порывами морского бриза то обтягивало её ягодицы, то отчётливо показывало лобок. Она шла стараясь чтобы я её видел. На самом рынке она напрашивалась на комплименты продавцов-армян.
Понятно, что все эти ухищрения были для того, чтобы меня завести.
Придя домой, она помыла руки и бухнулась на постель как была, не сполоснув ноги и не сняв платье.
— Устала! — заявила она.
Я разобрал покупки и вошёл в спальню.
— Полижи мне! — требовательно сказала Алина.
Я сунулся было целоваться, но она оттолкнула меня:
— Нет! Просто лижи!
От неё пахло потом. Я лизал ей киску, то засовывая язык в дырочку, то почти касаясь клитора, как она любила, а она на этот раз не шептала, а говорила вслух:
— Тебе понравилось, как я одета, да? Как блядь! О-о-о, ещё, да, как приятно... Если бы я отсосала тому армянину, как думаешь... Да, да, ещё! Он отдал бы персики за полцены? Надо... О-о-о... Попробовать... Да!
С этим выкриком она кончила, и чуть позже, отдышавшись, спокойно спросила:
— У тебя не встал?
Член чуть оттопыривал джинсы.
— Давай-ка в постель! — потребовала жена.
Я быстро разделся и забрался в постель. Алина разочарованно вздохнула. Член увеличился, но был мягковатым, и скорее висел, чем стоял. Жена заставила меня лечь на спину, а сама забралась сверху, в позу 69. Я принялся вылизывать её мокрую киску, засунув в неё два пальца и массируя переднюю стенку влагалища, а она с хлюпаньем вобрала в рот мой член и принялась сосать, время от времени выпуская его, подрачивая и уговаривая встать.
— Ну что с тобой такое? — тихонько говорила она, — Почему не стоишь? Любищь, когда мальчики молодые ебут этот ротик? Нету мальчика, уехал...
Она стала заводиться и вскоре опять кончила, залив мне лицо своими соками. Я знал, что делать — втянув губами клитор, я заставил её тут же кончить ещё раз, так, что она сдавила ногами мою голову, а рукой сильно сжала мои яички.
Она тоже всё-таки заставила меня кончить, облизывая и подрачивая полувставший член. Только за несколько секунд до того, как выплеснуть порцию спермы в рот Алине, он стал относительно твёрдым.
Мы по очереди сходили в душ и остаток дня ничего не делали, ковыряясь в сиартфонах и почти не обращая друг на друга внимания.
Вечером вместо пляжа Алина потребовала поход в ресторан. Ресторан мы могли себе позволить — за несколько дней до поездки я продал два своих пейзажа. Нечаянная радость, имевшая далеко идущие последствия и заслуживающая отдельного рассказа.
Я надел кремовые брюки, туфли, белую рубашку, тщательно выбрился. Алина облачилась в тёмно-бордовое трикотажное вечернее платье, которое очень ей шло, уложила волосы, навела макияж, надела красные туфли на шпильке и взяла в руки такого же цвета сумочку.
Мы вышли из дома и в наступающих сумерках пошли в давно знакомый нам ресторанчик, носящий название одной из европейских столиц, небольшой, но с отличной кухней.
Свободный столик нашёлся. Мы сделали заказ и принялись ждать, попросив по коктейлю.
Алина, хоть и очень желала поужинать в ресторане, и даже специально для этого притащила из Краснодара платье и туфли на каблуке, была не в духе.
— Ты чего смурная? — спросил я.
— Трахаться хочу, — с вызовом, и почти не понижая голоса ответила она, пригубив коктейль.
Сама напросилась. Часть 2