класс. Миновало не меньше 10 минут, прежде чем она собралась с духом и решилась заговорить.
— Мастер-Т? Мастер-Т, вы здесь?... Саммер помолчала, ожидая ответа и продолжала: Мастер-Т? Мастер-Т, вы в классе?
Учительница с стоном приняла более удобное положение и решилась снять с глаз повязку. Саммер пришлось зажмуриться что бы не ослепнуть. Она проморгалась и завертела головой, окидывая растерянным взглядом пустой класс. Сообразив, что осталась одна женщина всхлипнула, только теперь полностью осознав, как отвратительно выглядит, голая, потная, перепачканная собственной слизью и мочой, которая растекалась по столу и полу под ним, темнеющей лужей. Побледнев, она освободила чрево от дилдо и сползла со стола на пол. Едва удержавшись на подгибающихся ногах, чувствуя, как по внутренней поверхности бедер и икрам побежали горячие капли. Саммер доковыляла до двери класса и торопливо задвинула засов, с ужасом представляя, как кто угодно мог войти в незапертую дверь и увидеть весь этот кошмар.
Из влагалища продолжало течь по этому ей пришлось прижать пальцы к половым губам, что бы не залить своими соками весь пол пока она шла обратно к столу. Дрожа, точно в лихорадке Саммер выдвинула верхний ящик стола и достала упаковку одноразовых платков. Вскрыла ее зубами и ввела во влагалище сразу два куска ткани, протерев остальными пах и пространство между ягодиц.
— На кого я похожа! — дрожащим голосом пролепетала она, потеряно глядя на собственный учительский стол.
Саммер опустилась на стул и только сейчас заметила, лежащий на нем, лист бумаги. Попытки сконцентрироваться на тексте ни к чему не привели. Взгляд учительницы, снова и снова, возвращался к огромному, почти тридцати сантиметровому, фалоимитатору, гордо стоящему в центре стола, в луже ее собственных выделений. Ствол и ужасающе толстая бесформенная головка лоснились, блестя в рассеянном свете. Саммер снова всхлипнула и записка выпала из ее разжавшихся пальцев. Учительница откинулась на спинку стула, не отводя взгляда от черного монстра. Ее глаза влажно заблестели и по щекам потекли крупные слезы. Она пыталась собраться с мыслями и понять, как докатилась до такого! Как за восемь дней превратилась из успешной целеустремленной зрелой женщины, гордой, немножко самовлюбленной и эгоистичной, но прекрасно знающей себе цену в это убожество! Как!? Губы Саммер задрожали, складываясь в горькую усмешку, слезы потекли настоящим потоком. Она плакала беззвучно. Это не было истерикой, на истерику у Саммер просто не осталось сил, ей сейчас было страшно и противно от того, что она просто не представляла, как разорвать этот порочный круг. Как вырваться из лап юного морального урода, который сломал ее, не оставив выбора кроме, как подчиняться и выполнять любые его требования, и от этого ей становилось еще страшнее.
Одновременно женщина отчетливо понимала, что она сама чуть ли не с радостью приняла на себя роль бесстыжей шлюхи. И это было даже ужаснее чем факт, что она в чьей то власти. Прекрасно осознавая, что это неправильно и в конце концов опасно Саммер ничего не могла поделать со взбесившимся сознанием. Вместе со страхом и отвращением к себе, со злостью на Тодда, с ненавистью к нему, она испытывала непередаваемые острые эротические ощущения. Ей еще ни когда не было так сладко. Ни когда она не была такой легковозбудимой, как сейчас и ни разу в жизни не испытывала такого оглушительного всепоглощающего оргазма, как несколько минут назад, изнасиловав себя огромным фаллосом посреди собственного класса.
Потемневшие заплаканные глаза Саммер расширились, она прижала ладонь к губам, гася невольный вскрик, когда отчётливо поняла еще кое-что... Словно кто-то невидимый щелкнул выключателем и она осознала, что в ее попке по прежнему находится розовый толстый расширитель
Как я потерял невинность