все глаза, потом себя терла между ножек. Это её Лерка научила, типа, пусть так напряжение снимает, все так делают. Ну, а потом начала и вопросы разные задавать в процессе и лезть все ближе и ближе. В один прекрасный момент... помню, я над Лерой на локтях стоял и пытался ей без рук заправить... вдруг чья-то ладошка хвать меня за конец и — вперед, куда надо. Я уж только потом сообразил, что это Тонька похулиганила. Хотел её отругать, а не за что. Просто помогла родителям.
Вот уже с полгода она как бы участвует. Ну, трогает нас везде, помогает вот так, как говорил. Ну, а последний аккорд — попросилась с нами на свинг-встречу. Мол, тоже интересно, как с другими у нас.
Знаешь, а ведь отказываться поздно. Если уж так сложилось, что дочка и в самом деле при нас в любое время. Думаю, ладно. Вот только, кто согласиться, чтобы соплюшка несовершеннолетняя присутствовала? Пусть и с родителями.
Вот вы — люди нормальные, без комплексов, согласитесь? Может, поговоришь с Тамарой? Ну, не сейчас, конечно, а как-нибудь при случае, а?»
Что мне надо было ответить?
4
Вера залегла в джакузи, даже не включив «наддув», откинула голову на бортик, прикрыла глаза, вцепившись левой рукой в банку дешевого пива, и сказала: «как хотите, а я отсюда никуда не пойду... « Томка брезгливо поморщилась, мол, не очень-то и хотелось, и кивнула мне:
— Пошли еще разок на сексодром. Ты с нами, Саня?
— Ага, конечно, — откликнулся он, подхватывая со столика громоздкий фотоаппарат.
Зеркалка, что ли? Не знаю, не специалист по такой технике, но Саня относился к нему детской бережливостью и заботой.
Странная эта парочка — Саня и Вера. Ему чуть за тридцать, ей уже тридцать шесть. И трое детей, как я понял, от разных мужчин. Вместе почти два года.
Они долго общались со мной по электронке, потом по телефону, даже смогли уговорить на короткую встречу возле метро. «Чтобы посмотреть друг на друга». А чего смотреть? Поздняя осень уже, под куртками и джинсами можно разглядеть разве что наличие рук и ног. Ха! И еще дважды «прокатывали» нас с сауной, собирались, но в последний момент отменяли. Мы уж и не думали, что сегодня они к нам присоединятся. Но вот — пришли...
Вера, конечно, не красавица, но и за собой, кажется, совсем не следит. И я даже не про маникюр с педикюром. Обрюзгшая она какая-то. То ли пьет сильно, то ли болеет? Ну, не выспрашивать же? Саня тоже какой-то аморфный, толстенький, но пока жиром не заплывший. Очень удивлялся сауне. Рассказывал, как были они на одном массовом мероприятии свингеров, тоже именуемом «сауной», так там, кроме просторного бассейна и лежаков вокруг, ничего не было.
И вот вели они себя... кажется, правильно. Особенно, Саня. И анекдоты рассказывал, и в парилку первый пошел, правда, первый и выскочил, и от Томки не шарахался, как бывало с некоторыми по первости. И Вера не молчала, поддакивала в нужных местах, но — равнодушно, отстраненно как-то.
Пошли мы после парилки-джакузи-душа в комнату отдыха. Пристроился я на Томку сверху, а Саня, как повторюшка, на свою Веру. Совсем рядом они расположились, и в процессе я положил руку ей на грудь, потискал слегка. Саня воспринял, как сигнал, попросил поменяться. И тут я понял, что Вера не только за столом и в джакузи равнодушная. Хоть и двигалась она во время секса, но очень механически, однообразно. А Саня не столько Томку трахал, как смотрел на нас с Верой. Он для этого даже мою подругу переставил на «четыре кости». Когда я
Розовые кошки. Часть 4.