Зубило лежал в коридоре без сознания. До сих пор в больнице в себя не пришёл. Полицию вызвал, но та только руками разво́дит.
***
— Вот, папа, принимай в свои владения, — обратилась я, когда подъехали к клинике. — Ого, вот это масштаб, — улыбнулся он. Масштаб действительно впечатлял. Пять шестнадцатиэтажных корпусов сияли своей чистотой и рекламными плакатами. Я подошла к стойке регистратуры. — Мне нужны Тимофей Егорович и Сергей Леонидович, обратилась я к молоденькой девушке. — Они в административном корпусе, я могу соединить Вас с секретаршей, Вы по какому вопросу? — Соедините. Скажите, что Таня приехала и ждёт их в регистратуре. Шустрая девушка набрала номер и дала мне трубку. — Тимофей Егорович, добрый день. Узнали? — спросила я трубку. — Узнал, Татьяна Викторовна, здравствуйте, — ответила трубка. — Организуйте, пожалуйста, две комнаты для отдыха, мы очень устали с дороги и распорядитесь, чтобы принесли что-нибудь покушать на пятерых. Да, скажите Сергею Леонидовичу, что я вернулась и завтра жду его с отчётом о проделанной работе. — Хорошо, Татьяна Викторовна, жду Вас у входа в административный корпус. Двухкомнатные хоромы на шестнадцатом этаже сияли своей чистотой, и радовали своей скромностью. Здесь не было того шика, как у покойного Сэма, но зато были настоящие окна с солнечным светом. Светке с Максимкой выделили однокомнатный номер рядом с нами, но стол накрыли один на всех в наших апартаментах. Все помылись в ду́ше, переоделись в белые докторские халаты на голое тело, а бельё отдали секретарше, чтобы отнесла в прачечную. Жёсткий диск и деньги я незаметно спрятала под матрасом. Все чистые и довольные сели за стол и окунули ложки в то, что приготовили повара для больных. — Гадость, как такое можно есть? — возмутился Максимка, попробовав суп непонятного происхождения. — Да, уж, действительно, с африканской пищей не сравнить, — ответила я. Все морщились, но ели, только Светка ковырялась ложкой в тарелке. Она поднесла её к губам, подула, понюхала содержимое, потом прикрыла рот рукой и помчалась в туалет. Раздались звуки рвотного позыва, окончательно испортив всем аппетит. — Она случайно не беременна? — спросила мама у Максимки. — Я не знаю, — удивлённо ответил тот и пошёл к своей жене. — Нужно проверить тестом на беременность, — вступил в разговор папа. — Не нужно. Роб, Эля, проверьте Свету, что с ней, — сказала я вслух. — Эля? — хором спросили мама и папа. — Тсс, — приложила я палец к губам, — да, я забрала у Сэма искусственный интеллект, и зовут её Эля, она девочка, ей всего полгода, но она очень сообразительная. — Света беременна, срок две недели, — сказала Эля, и счастливая мордашка улыбнулась мне в проекторах. — Отклонения, патология есть? — снова спросила я вслух. — Беременна? — опять хором спросили родители. — Две недели, — я кивнула им головой, ожидая заключение после тщательного осмотра. — Патологий не выявлено, — оповестил Роб. — Вот и хорошо, с плодом всё в порядке, — успокоила я родителей. Так, стоп, что хорошо? Я же сделала сперму Максимки бесплодной! Если срок две недели, то… этот ребёнок от меня??? Нет, этого не может быть! Да, как не может? Отец этого ребёнка я??? Твою ж дивизию! Таня, ты безответственная, безалаберная дура. Лишила девственности девушку, оплодотворила её, да ещё и замуж выдала! Вот как? Как я умудрилась это сделать??? Я ругала себя, на чём свет стои́т. Стоп, стоп, стоп. А если это не мой ребёнок? — Роб, когда Максимкина сперма перестала быть бесплодной? — спросила я у зелёной точки. — Да, в самолёте, пока летели, я вернул ей былое свойство, — услышала я в ответ. — А Света за это
Сексуальный автобус