по тому, как мышцы влагалища сжимали головку члена я понимал, что к ней пришёл оргазм. Она кончила несколько раз и попросила:
— А теперь сделай как ты хочешь... Кончи...
— В тебя? А можно?
— Да... Я очень хочу почувствовать...
Я вышел из неё, перевернул её на живот, подложив под бёдра подушку и заставил сдвинуть ноги. Войти во влагалище в такой позиции не очень легко, но совместными усилиями мы справились. Нара сдвинула ноги, максимально сузив свою дырочку, и я начал быстро двигаться, сидя на её бедрах. Почти сразу я почувствовал, как её матка сжалась, тело подо мной дёрнулось, и увидел, как она закусила зубами простыню. После этого я продержался совсем недолго, залив её лоно своим семенем.
Она очень быстро перевернулась на спину, легла попкой к стене и забросила на неё ноги.
— Ты что делаешь? — удивился я
— Хочу залететь... От тебя.
— А муж?
— Мехти не узнает. И Гюльсум не узнает, если это тебя волнует.
— Она догадается.
— Может быть. Мне всё равно...
Мы помолчали. Я думал о том, что сижу на кровати рядом с чужой замужней женщиной, и, вполне может быть, присутствую при зачатии своего второго ребёнка, в то время как моя любимая жена где-то ходит в компании двух парней, имеющих её во все дырки. Какая-то фантастика. Дурной любовный роман.
— Поцелуй меня, — попросила Нара
Я склонился над ней и наши губы снова слились. Её щёки были мокрыми.
— Ты плачешь? Что случилось?
— Ничего, — Нара улыбнулась в темноте и порывисто обняла меня, — просто хорошо. Всё так хорошо...
***
Мы лежали, накрывшись простынями. Я смотрел в тёмный потолок. Заложив одну руку за голову, а другой поглаживая спину и плечи засыпающей Нары. У неё была приятная на ощупь бархатистая кожа. Я думал о том, насколько всё удивительно — ещё утром, меньше суток назад, меня жутко раздражало присутствие этой женщины, а сейчас я лежу рядом с ней в постели и не хочу уходить в нашу с женой комнату, хотя надо бы... А она между тем очень тихо, на грани разборчивости рассказывала:
— Понимаешь... Я блядь по необходимости. Если бы я была замужем за тобой, — она запнулась, — за мужчиной, который бы меня любил и которого я хотя бы уважала, я не изменяла бы. Нормальная семья с нормальным сексом... С детьми... Но так, как он со мной... Я молодая баба, в конце концов, в самом соку, мне мужчина просто для здоровья нужен... А твоя жена природная блядь. Если бы твоя тёща за ней не следила, она бы лет в тринадцать уже трахаться начала. Все разговоры и все мысли у неё были только об этом. Мальчики, мальчики, мальчики. Кто на кого как посмотрел, у кого сиськи больше. Какие у мальчиков пиписьки, у кого больше, у кого меньше... Кому бы она дала, а кому бы не дала. А то, что с ней сейчас — наверное я виновата. Подтолкнула.
Она замолчала, и я подумал было, что она уснула, но она продолжила:
— Когда я Мехти изменила первый раз, — она опять ненадолго умолкла, — когда стала блядью по-настоящему, а не так, как моя мама про меня придумала, я Гюльсум рассказала. Подколола. Она же хотела всю жизнь, и всю жизнь боялась своих порывов, сдерживалась. А я когда захотела, тогда и сделала. И подкалывала больше двух лет... До прошлой дискотеки... Зря я так... Вот как вы теперь будете жить? А ведь я люблю вас обоих...
Она снова беззвучно заплакала, как утром. Я гладил её вздрагивающие плечи, успокаивая, но она не повернулась
Тетя моя любовница