— Вот и ладушки. Ничего не было, не было этого разговора, ты никакая не ведьма, и вообще, — Фея подумала: кто знает, как ещё может проявиться в будущем её колдовской дар, как бы она ни пыталась его скрывать? — но не стала говорить этого вслух, лишь тяжело вздохнув. — Ничего не говори мамам, а этим ведьмам соври, что твоя семья против. Ну, по крайней мере, Я точно против! И мамы тоже будут против, — Фея в ответ вздохнула снова.
— Я поняла, — сказала она. И уже готова была завершить звонок, но Петра решила перевести разговор на какую угодно другую тему и принялась рассказывать о своих делах — Фея отвечала вяло и односложно. Наконец, Петра договорила, сёстры попрощались, и Фея отключилась и повернулась к Зорьке — обнажённая блондинка сидела на кровати, с напряжённым и тревожным лицом следила за разговором.
— Ну? — спросила она. — Насколько... всё плохо?
— Ну... — Фея тяжело вздохнула. — Хуже, чем могло бы... лучше, чем могло бы. Сестра мне сказала, что если я стану ведьмой, она от меня откажется, — лицо Зорьки при этих словах исказила возмущённая гримаса, — то есть она не совсем в таких словах это сказала, но смысл был такой. Но сказала, что если я откажусь, она забудет об этом разговоре и... — про себя Фея подумала, что ей самой забыть об этом разговоре может оказаться трудно, — отказываться от меня не будет.
— Да пошли ты её нахрен! — возмущённо ответила Зорька. — Если она собирается от тебя отказаться из-за того, между прочим, в чём ты не виновата, то и нахрен нужна такая сестра?!
— Зорь! — Фея очень укоризненно посмотрела на подругу. — Она моя сестра, у меня другой такой никогда не будет! Я не могу её послать ни на какой хрен!
Зорька, кажется, собиралась что-то запальчиво ответить, но взяла себя в руки, помедлила и вздохнула.
— Ладно, извини. Моя собственная семья... я бы от неё сама отказалась при первой возможности. Да я и по факту-то живу отдельно от своих родственниц, с ними не общаюсь... В общем, прости, мне трудно понять человека, который готов на что угодно, лишь бы только не порывать со своей семьёй.
Фея помолчала.
— У тебя правда всё настолько плохо было в семье? — спросила она.
— Правда, — Зорька печально вздохнула. — Моя родительница... всю жизнь мне полоскала мозги, что главное для девушки — найти себе хорошую жену, захомутать её и кормиться за её счёт. Самой-то ей это, похоже, не удалось. Я и в колледж-то поступила, чтобы жить в другом городе, а она думает, что я всё делаю, как она меня учила. Её сестра, моя тётка, такая же, она свою дочь, мою двоюродную сестру, научила быть содержанкой... то есть проституткой... а в прошлом году она умерла. Вышла в окно на пятом этаже. Наверное, под наркотой была — она последние несколько лет на ней прочно сидела — она была меня примерно на столько же старше. Мне хватило на неё насмотреться, чтобы решить, что никаких наркотиков крепче табака и алкоголя, — обнажённая блондинка поёжилась. — Снимаю стресс сексом... ты мой наркотик, — она слабо улыбнулась Фее, и та улыбнулась ей в ответ.
— Да... — ответила Фея, вздохнув. — У меня-то с мамами отношения были нормальные... ну, в основном. Ну, то есть, бывало всякое, но я уж точно не хотела их бросить и переехать на другую планету, — девушка вздохнула снова. — А
Четверка