теперь мне надо им сказать, что их дочь — колдунья... Петя, то есть сестра, мне советовала ничего не говорить мамам, а сказать мадам Афродит, что я говорила с ними, и они мне запретили...
— Вот как? — хмыкнула Зорька. — Ты можешь ничего не говорить им, а сама согласиться, — блондинка усмехнулась, слабо и кривовато.
— Я не могу им врать, — Фея тяжело вздохнула. — Они мои мамы. И потом, рано или поздно они узнают, что я их обманула, и тогда...
— Ну, это смотря как врать, — Зорька снова криво усмехнулась. — Я свою мамашу уже который год кормлю тем враньём, которое она сама хочет услышать.
Фея неодобрительно посмотрела на подругу. Нет, конечно, это её родительница, и она её лучше знает, но всё-таки такое отношение к родной матери немного покоробило девушку.
— Я не могу им врать, они мои мамы, — повторила Фея, снова тяжко вздохнув. — Ладно. Я им сейчас позвоню, — и она, найдя в списке контактов свой домашний номер, нажала на кнопку вызова. Трубку сняла мама Ева — и этому Фея обрадовалась, зная, что мама Вера точно не одобрит её желания стать колдуньей, а вот мама Ева ещё может понять дочь. Фея вкратце рассказала маме про свой первый после недельного перерыва рабочий день, как ей пришлось втягиваться в работу над проектами, начатыми без неё, рассказал про дегустацию подарков, но мама Ева, кажется, заметила тревожные интонации дочери.
— У тебя что-нибудь случилось? — спросила она, тоже встревожившись. — У тебя голос какой-то... напряжённый.
— Случилось... — Фея тяжело вздохнула. Приближался момент истины. — Когда я... уезжала из Франкии... и была перед зеркалом на погранпункте... я случайно использовала магию Скрюте. Оказывается, я ею владею. Мама... я колдунья.
Повисла пауза, мама Ева ошарашенно молчала.
— Какую магию Скрюте? — наконец, выговорила она. — Что случилось?
— Я... использовала зеркальную магию дома Мируа, — терпеливо, со вздохом, пояснила Фея. — И увидела за зеркалом... комнату, в которой я жила в Шато де Верр. И эти колдуньи — они заметили, что кто-то использовал магию на их дом, только не сразу поняли, что это я. И вот они мне сегодня позвонили.
Снова пауза.
— Значит... это зеркальная магия... — почему-то очень тихо проговорила мама Ева. — И... что они от тебя хотели?
— Они хотели... чтобы я училась магии, предлагали мне работу у них, — Фея помолчала. — Вы с мамой Верой от меня не откажетесь, если я соглашусь? То есть... я не хочу всю жизнь быть дизайнером в мелкой фирме с перспективой дослужиться до ГЛАВНОГО ДИЗАЙНЕРА. Пожалуйста, пойми меня.
Снова пауза.
— Вере это не понравится... — мама Ева тяжело вздохнула. — Филя... ты моя дочь, и я не собираюсь от тебя отказываться. Тем более... это по моей линии тебе достались эти ведьминские гены... дай мне поговорить с Филей! — последняя фраза была сказана в сторону, очевидно, маме Вере, которая, наверное, слышала слова своей жены и забеспокоилась. — А ты что, уже готова согласиться? А как же твоё училище? Ты же хотела стать художницей!
При упоминании об училище и желании стать художницей Фея тяжело вздохнула.
— Я пока не знаю. Всё ещё не решено — может, я смогу этот как-то совмещать. Я ещё не согласилась. Но... я очень рада, что ты не будешь от меня отказываться, — хоть мама и не могла видеть её лица, девушка улыбнулась, через силу, но тепло. — Мне правда это очень важно.
Лучше была бы взбучка