накрыт для двоих, с тканевыми салфетками и всем остальным. Посередине стояло блюдо с беконом и яйцами, тарелка с тостами, кувшин апельсинового сока и чайник с кофе.
А в самой середине Дженни установила подарок, который я сделал ей прошлой ночью. Это была деревянная доска с надписью:
«Календарь Брэда и Дженни:
4 января — 14 сентября
=
один год»
ЭПИЛОГ
Мы стояли в гостиной нашего загородного дома, окруженные полными и наполовину заполненными коробками, чувствуя себя очень обескураженными.
Дженни сразу же согласилась со мной, когда я предложил продать дом и жить вместе в моей квартире. У меня были плохие воспоминания о спальне — я больше не хотел в ней спать. И, что еще благоприятствовало, наша дочь выросла и уехала. Мы оба
работали в городе, и нам нравилась идея жить рядом с ресторанами и ночными клубами.
Итак, мы продали его, и теперь столкнулись с проблемой упаковки — отправили часть вещей в квартиру, остальное — на благотворительный аукцион.
— Брэд, — сказала Дженни с забавной улыбкой, — есть кое-кто, с кем я хочу тебя познакомить. Не здесь, но сегодня вечером, в квартире.
Я не понял, но могу сказать, что меня это не обеспокоило. Я просто согласился, и мы продолжили бесконечную упаковку вещей.
В тот вечер, вернувшись в квартиру, мы смыли дневной пот, что, к счастью, привело к тому, что мы час провели в спальне в объятиях друг друга. С момента нашего воссоединения прошло пять месяцев, но мы все еще трахались как молодожены — или, по крайней мере, как молодожены хорошо за сорок.
Когда мы поели и разделись перед сном, я сказал:
— Дженни, ты собиралась познакомить меня с «кем-то» сегодня вечером, но сначала я бы хотел рассказать тебе кое-что, о чем сегодня подумал. Могу я начать первым?
Она сказала: «Конечно», и я продолжил:
— Это может показаться чем-то серьезным, но думаю, что на самом деле это нечто забавное. Я заметил, и уверен, что ты тоже, что оба «джентльмена», с которыми ты трахалась, были более чем на пятнадцать лет старше тебя.
Она внезапно побледнела, словно я собирался ей упрекнуть. Я успокоил ее, взяв за руку и улыбнувшись, и продолжил:
— На самом деле меня это обнадеживает, — сказал я. — Я имею в виду, между первым и вторым случаем прошло восемнадцать лет. Так что, если ты сможешь пообещать мне быть верной еще восемнадцать лет, любовнику, которого ты будешь искать в то время, должно быть восемьдесят. Думаю, тогда я буду готов дать отпор любым похотливым восьмидесятилетним мужчинам, которые соберутся вокруг тебя!
Дженни с облегчением рассмеялась, понимая, что мои слова были неудачной попыткой пошутить, а не наказанием для нее.
— Брэд, как насчет того, чтобы я пообещала быть верной в течение восемнадцати лет, а потом еще восемнадцати? Тогда мне будет восемьдесят три года, а моему любовнику должно быть девяносто восемь.
Я рассмеялся при мысли об этом и сказал:
— Согласен, но взамен я тоже получаю интрижку с девяностопятилетней красоткой!
Мы нежно поцеловались, и через минуту я сказал:
— Хорошо, а как насчет того «кого-то», с кем я должен встретиться?
Лицо Дженни выглядело хитрым и очень сексуальным.
— Ты не сможешь встретиться с ним, если не... не будешь возбужден, Брэд. Так что, я думаю, что мне придется тебе с этим помочь...
Выскользнув из ночной рубашки, она стянула с меня футболку и боксеры. Затем скользнула по мне, потирая своей грудью мое лицо, грудь и все вокруг моего затвердевающего члена. Когда он стал довольно твердым, она встала на колени между моими ногами и с любовью посасывала его, активно работая языком, пока я не стал очень-очень возбужденным.
Моя жена любит не только армию