ко мне в ординаторскую. Но только смотри, чтобы тебя никто не видел. И стукни в дверь три раза, я буду знать, что это ты...
— предупредила меня Ольга Ивановна, уходя врачиха окинула меня таким многообещающим взглядом. Что я понял, вареньем из малины и чаем, дело не ограничиться. И в дополнение к чаю, будет кое-что покрепче. А там скорее всего симпатичная врачиха позволит с собой то, о чём я мечтал в своих юношеских снах. Ведь не чай же с вареньем она звала пить молодого солдата, к себе в кабинет поздним вечером.
А ещё разговаривая с врачихой, я уловил от неё слабый запах алкоголя. Сегодня был большой праздник, седьмое ноября. По всей стране в этот день шли демонстрации и весь советский народ отмечал очередную годовщину революции. Ольга Ивановна была не исключением, и тоже " причастилась" в этот праздничный день.
У меня встал колом член, только от одних мыслей, что я буду один на один со взрослой, пьяной женщиной. По возрасту даже старше моей матери, которой в то время и сорока ещё не было. И у меня не только встал колом член, но и озноб какой-то пошёл по телу, перед неизведанным. Ведь я ещё никогда не был с женщиной, тем более с такой красивой, да ещё военврачом в звании капитана. А ещё меня трясло от того, что Ольга Ивановна была замужем за майром, здоровенным мужиком атлетом, судя по его виду. Который мог меня прибить одним ударом, если узнает об моей связи с его женой.
У нас в дивизии был случай, правда давно, но он был у всех на слуху. Такой же майор, как муж Ольги Ивановны, командир ракетной части, расположенной вдали от гарнизона, в глухой тайге. Вернулся раньше времени с дежурства к себе домой в военный городок. И застал свою жену в постели с солдатом. Не долго думая, майор выхватил табельный " макаров, " и застрелил и солдата и жену. Но тем не менее, некоторые жёны офицеров имели связи с солдатами. Это рассказывали ребята старослужащие у нас в части.
И то, что муж майор, мог узнать об измене своей жены со мной, это обстоятельство добавляло остороты ощущений до слабой дрожи в коленях. И я по честому побаивался идти к врачихе в кабинет после отбоя. Но желание переспать с женщиной и увидеть то, что я никогда не видел, пересилило мои страхи. И стоя у полуоткрытой двери, я ждал когда после десяти вечера, все начнут расходиться по палатам.
Обычно в холле в нашем отделении, солдаты смотрели телевизор или играли в домино. Но в части за выполнением команд, строго следили " деды" солдаты старослужащие. И попробуй не ляг вовремя в кровать. Заставят отжиматься, или того хуже, позовут на умывальник, где реально могут избить. Но в госпитале было не так строго как в части, и солдат обычно по палатам разгоняла дежурная медсестра.
И сейчас я слышал голос Ольги Ивановны, как она " поливала" отборным матом солдата азиата, который курил в туалете и замешкался с отбоем. Несмотря на свой маленький рост, военврач в звании капитана, была злой женщиной и могла не только обругать нерадивого солдата, но и надавать тому по шее. Да и некоторые солдаты азиаты, не понимали русского языка.
Преимущественно весь " стройбат" в нашей дивизии, состоял из " чурок", солдат призваных из союзных республик СССР. У нас в отделении лежало с десяток представителей " королевских войск" как тогда называли " стройбат". И именно их материла Ольга Ивановна, разгоняя по палатам из туалета.
школьная страсть