семейство, было невозможно. Отчетливо слышался храп с обоих диванов, но знакомые нотки доносились с этого. Люда присела и присмотрелась к мальчишескому лицу - оно, тогда женщина просунула руку под одеяло и потрясла за плечо.
— Тсссс, - шипела она, приложив палец к губам.
Миша протер глаза, всмотрелся в темноту и, послушный жесту матери, не издал ни звука. Нехотя он вылез из многослойного укрытия и зашагал, шатаясь, к лестнице. В темноте он шел медленно, боясь зацепить что-нибудь ногой или разбудить остальных. Не ведомо зачем, сонный мальчишка поднимался по лестнице вслед за матерью, находясь в том шатком положении, когда сон был способен вернуться сразу после обретения опоры. В спальне Люда обошла кровать и влезла под одеяло со своей стороны, а Оля раскрылась и пригласила мальчишку влезть в теплую серединку. Когда они втроем угнездились в согретой постели, снова накрылись одеялом с головой.
Людмила ждала с нетерпением, обуянная страстью и нерастраченной сексуальной энергией, но не решалась начинать первой. Миша в теплой середине между двух женщин удерживался на грани сна, а его мозг закономерно уже утратил чувство реальности. Оля запустила свою теплую ладонь по животу юноши и легко протиснула пальцы между поясом джинсовых шорт и впавшим животом. Организм отреагировал моментально - от прикосновений к нежному лобку и мягкой плоти кровь прилила и принесла с собой твердость. Оля аккуратно расстегнула шорты и высвободила упругий орган. Не прошло и минуты, как пенис ожил - вот, что значит неискушенная юность.
— Миша, тебе нравится? - спросила Оля, поглаживая член, едва прикасаясь, - я Саше тоже так постоянно делаю.
— Я знаю, - дрожь передавалась через шепот паренька, - он рассказал.
Не приятный сюрприз, однако, способствовал достижению цели. Ольга уже не думала об опасностях, таившихся в Сашкиной болтливости, сейчас в ее руке был крепкий молодой пенис. Она передвинула руку от основания к мошонке, но наткнулась на пальчики Людмилы, перенесла их на упругий ствол и сжала поверх свою ладонь. Миша сопел между двух взрослых женщин, изогнув спину. Ольга сбросила одеяло, уселась, скрестив по-турецки согнутые ноги, и стянула через голову свою белую маечку. Кровь бурлила в венах и разгоняла жар по всему телу, холод, казалось, отступил. В тусклом лунном свете ее тяжелые груди выделились очертаниями.
Оля скинула одеяло и с мальчишки, пришлось приблизить лицо, чтобы полюбоваться крупной шаровидной головкой, вздрагивающей от движения пальчиков. Она втиснула ладонь между бедер и вобрала липкую, растекшуюся мошонку. Люда, не прекращая сжимать член, приподнялась и села напротив подруги, отпустить пальцы пришлось лишь для того, чтобы по примеру Ольги стащить через голову футболку.
Миша блестел глазами, переводя взгляд с Олиных тяжеловесных сисек на материнские. Он приподнялся в полусидячее положение, оперевшись спиной на стену, но решимости не хватало, чтобы прикоснутся к вожделенным округлостям.
— Да, было, - бравировал мальчишка, с трудом подбирая слова от подступающего оргазма.
— Миш, а что ты увидел-то, когда я спала? - робко спросила Люда.
— Просто на ноги смотрел.
— Прям-таки на ноги? - недоверчиво переспросила Оля, - небось, махнатка под халатом показалась?
— ОЛЬ! - воскликнула Людмила, не воспринимая родного сына любовником, - я в трусах была!
Оля вошла в кураж, неготовность подруги к полному погружению ее только раззадоривала, бросала вызов. Самым бесцеремонным образом она отдернула Людину ручку от пениса и, склонившись грудью над пахом юноши, отчего соски прикоснулись к залупе, надавила на плечи подруги, пока та не улеглась на свое место. Люда послушно легла и по одной вытянула ноги.
Кризис 2