забор, спрыгиваю на землю. О, а вот и собачка. Кажется это стаффорд. Он не на цепи и бежит на меня. Делаю всё, как меня учили: включаю болгарку и раскручиваю её на проводе. Швыряю прямо в сторону собаки. Ой, всё! Не успевает, не успевает увернуться собака и ловит её зубами. Кажется, в двигатель её кровь попала. Всё, я внутри собаки. Теперь понятно, для чего нужны перчатки. Двигатель инструмента прокачивает кровь животного через себя и постепенно сгорает.
— Скажите, там собака ещё жива?
— Видимо аккумулятор садится, но мозг животного я довольно тщательно перемешала вращающимся диском. Так что, нет, она определённо мертва. Снимаю рюкзак и перчатки. Этот наборчик юного расчленителя мне больше не понадобится. О, а вот и мой пациент! Это жгучий брюнет плохо говорящий по-русски. Для него у меня есть электрошокер. Ух, как тряхануло парня! Упал как подкошенный и дёргается. Инструктор говорит мне в наушник, чтобы я затащила его в дом и проверила компьютер. Волочу его и связываю проводами. Ну-ка, что у нас тут. Да, судя по открытым страницам на его ноуте это тот самый активист закрытого паблика.
— Юля, может вы уже наконец скажите, что это за сраный паблик такой, и нахрена он сдался этим вашим девкам из так называемого сопротивления?
— Да, сейчас я зайду на его страницу. Да, он походу здесь куратор. Здесь призывают расправляться с девушками, которые ведут себя неподобающим образом, выходят замуж за иностранцев, снимаются обнажёнными и т.д. И всё это прикрывается религиозными убеждениями.
— Да вы что?! Юля, раз уж вы так сказать всё что нужно принесли с собой... как бы вам намекнуть... может быть вы догадаетесь, что болгарку можно в сеть этого дома включить и продолжить вершить свой суд?
— Эльвира Вадимовна, ну вы же понимаете, что это мои воспоминания, и вы сейчас не можете вносить коррективы. Вы можете только слушать.
— Да, я понимаю. А очень бы хотелось, знаете ли... ну да ладно, продолжайте.
— Инструктор получает картинку с моей камеры и тоже видит сейчас всё то, что есть на ноуте. Я тут около получаса сижу и всё просматриваю. Парень выражается на непонятном языке и пытается прейти в себя после удара шокером. А вот сейчас поступила инструкция вплотную заняться парнем и снять всё на видео как бы от первого лица.
— Ну-ка, ну-ка! Интересно было бы послушать, чему вас там научили!
— Да нет. Всему тому, что будет происходить дальше, я научилась давно. Ещё когда только начала в порно сниматься, в жанре фейсситтинг.
— Ага, так вот почему у вас с родителями непростые отношения! Видимо они не одобряют ваши актёрские заслуги.
— Совершенно верно. Ну а как бы я ещё учёбу оплачивала? А так чё, села парню на лицо, кончила, получила свои сто баксов от режиссёра, и можно родителей послать со спокойной душой, если они вдруг начнут мне мозг выносить.
— Ну так и чего же там этот жгучий брюнет, плохо говорящий по-русски?
— Парень пытается встать, а я уже стягиваю с себя джинсы и трусики. Сажусь ему на грудь, а он скалится, как бы намекая, что не позволит мне сдвинуться вперёд. И о да, Эльвира Вадимовна, вы были правы: мне в наушник поступает команда сходить во двор за болгаркой. Иду прямо голышом, надеваю резиновые перчатки, беру инструмент, возвращаюсь, а этот негодник пытается ползать по полу. Включаю вилку в розетку, пинаю ногой это жалкое недоразумение, снова сажусь ему на грудь и... О, да! Он понимает, что сейчас у него есть все шансы встретиться со своим псом. Он
Это было только начало, а что же будет дальше?