я всегда рано или поздно начинал лихорадочно лапать ее тело, но это всегда происходило после длительных поцелуев и вполне скромных объятий. Сейчас же я не обнимал Сережу, не целовал его, мы стояли друг от друга на расстоянии, а я, будто в приступе безумия, быстро и беспорядочно водил рукой по его спине, вновь и вновь ощущая все совершенство его тела. Сам Серега при этом все также неподвижно стоял передо мной и позволял мне делать все это…А потом я понял, что мне этого мало…Ладонь остановилась, и Серега удивленно поднял на меня взгляд. Всего на мгновение. И тут же отвел его в сторону, прячась от меня, от своего собственного стыда, от всего, что сейчас происходило.Рука медленно сползла вниз, по ставшим уже такими знакомыми позвонкам, достигла ремня Сережиных шорт. Я знал, что хочу потрогать его задницу. Да, зад мужчины. Я был уверен, что он не против, но все равно не мог переступить через невидимый барьер. Это простое движение — на несколько сантиметров вниз — казалось мне одним из самых решительных шагов в моей жизни…Рука, вздрагивая, лежала на пояснице Сереги.— Можно мне… — прошептал я и замолчал, не зная, что сказать, как назвать то, что я собирался сделать. Я опять спрашивал у него разрешение. Да что же это со мной?!Серый еле заметно кивнул, и я осторожно сдвинул руку вниз.Серегина плоть под ладонью ощутимо стала выгибаться, образуя полушарие. Оно было теплым. Выпуклым. Упругим. И помещалось в ладонь. И еще — оно пошевелилось под ней. Твердая мышца где-то в глубине сократилась, приподняв мою руку. Полушарие стало меньше и тверже, превратившись в тугой мячик, чтобы тут же вновь расслабиться, стать больше и мягче, немного вытянуться в длину.Внутри меня что-то сжалось.Моя рука лежала на Сережиной ягодице. Ладонь, распластавшаяся по поверхности этого невообразимого, волнующего кусочка Сережиного тела, живого, округлого, впитывала его тепло и подрагивала от волнения и желания. Большой палец оказался в ложбинке между половинками зада.Спустя несколько торопливых ударов сердца тонкие руки Сережи пришли в движение и легли на мою спину. Хрупкое тело приблизилось вплотную, задержалось на мгновение и прижалось ко мне.Мы, наконец, обнялись.Тонкая ткань шорт практически ничего не скрывала. Она легко собиралась под моей рукой в мягкие складки, позволяя ощущать упругую теплую плоть. Я чувствовал шершавую ткань трусов, облегавших эту замечательную попу, гладкость кожи там, где ее ничего, кроме шорт, не покрывало, кантик трусов, пересекавший ягодицу наискосок снизу вверх. Я чувствовал всю половинку Серегиной попы разом — она полностью помещалась в моей ладони. Как детский резиновый мячик. Такая же выпуклая. Твердая. Упругая.Мне не хватало воздуха. Я все это время не дышал. Ощущения в ладони не позволяли ни вдохнуть, ни выдохнуть.Моя ладонь поползла вверх. Достигла пояса Серегиных шорт. Перевалила через него, оказавшись на спине юноши.Я шумно выдохнул.Мог ли я когда-нибудь подумать, что мужская задница может оказаться столь… Прекрасной? Волнующей? Притягательной? Возбуждающей?Моя ладонь поехала вниз. И горячая округлость пошла по ней вверх.Ну ничего себе! Это так восхитительно, что сердце останавливается!Я опять провел рукой вверх и вниз, через половинку Сережиного зада, и опять почувствовал удар мучительного желания во всем теле.Нет, я не заслуживаю такого! Боже, Серый, ты хоть представляешь, как ты красив!Потом моя рука отклонилась в сторону. И тут же пошла в обратно. Тугая плоть заскользила под ладонью из стороны в сторону. Пальцы провалились в ложбинку между ягодицами. Настолько, насколько позволяли шорты. Потом выбрались на поверхность, обогнули упругий холм и достигли неглубокой ямки сбоку. Ямка под пальцами задвигалась — Серега переступил с
Незабываемое лето..