с помощью злобных рывков моей ротовой цепи, подчеркнутых с помощью резко выкрикиваемых команд. Каждый день я просыпалась в ужасе от того, что должно было произойти.
Наступил новый день, она вошла в конуру и тщательно осмотрела меня, затем освободила от пут.
— Вставай! — Громко скомандовала она, и я осторожно перекатилась на живот, потом прижалась, всем телом к краю широкого матраса и встал на четвереньки на своих укороченных конечностях. Замысел хозяев был очевиден сразу же, как только я завершила свой первый маневр, потому что я обнаружила, что стою на «лапках» со слегка наклоненной назад спиной и головой, обращенной вверх. Ужасное расположение воротника и шлема держало мой подбородок высоко и ровно, так что я могла легко видеть прямо перед собой, но только по очень ограниченной дуге, благодаря узким, вертикальным, смотровым щелям. Как только я выпрямилась на четырех «лапах», она начала заставлять выполнять упражнения, принуждая ходить вокруг нее, внутри конуры. Я не могла бороться с ней, потому что тяга кляпа и цепи была слишком неудобной, чтобы сопротивляться в течение длительного времени, но иногда я отказывалась от буксировки вокруг, как упрямая собака. Ее наказание было быстрым и жестоким, потому что она использовала удары короткого хлыста по моим ягодицам, которые немедленно заставляли меня истерически кричать, но бесшумно, в моей резиновой изоляции! Я бешено скакала на конце своего сурового поводка, отчаянно пытаясь уклониться. Еще несколько ударов, и она уже полностью владела ситуацией, назначала минимум пять за каждую попытку восстания, которую я предпринимала. Конечно, вскоре я перестала бороться с ней. Энтузиазму Леоны, в попытках меня выдрессировать, можно было только позавидовать.
В один из дней моей изоляции я проснулась и обнаружила, что кто-то принес что-то похожее на беговую дорожку в мою конуру.
— Это твой тренажер, Х-303. Отныне ты будешь привязана к нему каждый день. Оказавшись на месте, ты будешь ходить и бегать так, как требует заложенная программа, чтобы привести твои мышцы в тонус и развить мышечные группы, которые понадобятся для выполнения новой роли в твоей жизни. Соответствующие перерывы будут разрешены, когда придет время, компьютер уведомит нас, что они необходимы.
Леона сложила руки на груди и продолжила рассказывать.
— Даже не думай о том, что бы ленится! Компьютер будет фиксировать, все твои попытки уклонится, от выполнения упражнений, а я буду наказывать тебя кнутом... я очень старательно подойду к процессу твоих тренировок... чтобы обеспечить послушание! Сначала упражнения будут легкими, но программа была разработана, чтобы подстраиваться под твои успехи, с течением времени! А теперь залезай на дорожку и стой смирно, пока я тебя пристегну!
Я неохотно подчинилась, и вскоре была закреплена к тренажеру. Моя ротовая цепь вела вперед, чтобы быть прикрепленной к кольцевой задвижке высоко в центре зеркальной стены, затем, через узкие смотровые щели, я поймала напряженный взгляд Леоны в зеркале, когда она двинулась к моим передним конечностям и соединила их стальным прутом с шарнирами по бокам, расставляя мои руки на ширине плеч. Затем она подошла к моим задним «лапам» и продолжила ограничивать мою подвижность. Моя левая передняя конечность была соединена с левой задней ногой более длинной цепью, и то же самое крепление было также сделано на моей правой стороне. Я дрожала и дергалась, пока она заканчивала свою работу.
— Стоять спокойно! — Недовольно крикнула Леона. — Я еще не закончила!
Затем она прикрепила боковые цепи к моей талии, так, чтобы я не могла сдвинуться в стороны от дорожки, так что теперь у меня не было возможности убежать. Теперь я могла только перебирать лапками по полотну тренажера.
Мое ночное рандеву в парке