чем Вероника дала ответ, я уже хотел было сказать, чтобы она не воспринимала это всерьез, что это всего лишь... не то, что она могла бы подумать...
— Видела, Сереж...- безэмоционально ответила она.
По ее тону я понял, что сейчас она перейдет к лекции о воспитании и благоразумности, но мой язык повернулся, чтобы произнести:
— Это ведь правда...
Вероника вздохнула, протянув томительную паузу.
— Сереж, ну, пойми... ну как ты все это представляешь?
Я опять подумал, что сейчас Вероника попытается меня вразумить, но к своему удивлению, оказался не прав.
— Ты же видишь, как у меня все зациклено: дом-работа, дом-работа... Выходные: стирка-уборка...Тебя я оставлять у себя не стану... Под каким предлогом?
Я воодушевился:
— Ты могла бы приехать ко мне...
— К тебе я не поеду, ты знаешь...
Я и сам осознавал, что сплужил: приехать ко мне, чтобы потрахаться и уехать?! Во, дела...
Я уже хотел было развести какую-то муть, как вдруг четко сказал:
— Ну я хотя бы рад, что ты меня... поняла...
Вероника беззвучно усмехнулась.
— Я все понимаю, Сереж... Мне тебя не в чем винить...
Вскоре мы свернули разговор, и я тут же отправился в ванную, чтобы сбросить нахлынувший на меня груз гормонов.
То, что Вероника не стала меня осуждать и пытаться облагоразумить вселяло в меня какой-то нездоровый оптимизм, а я, пуская крупные капли в раковину, заворожено пялился на губы родной сестры: объект моих несостоявшихся желаний.
Следующие несколько дней мы хранили молчание, хотя обычно обменивались сплетнями, как правило, хотя бы через день.
И когда Вероника набрала меня в понедельник, меня одолело некое чувство укора – мог бы и сам ее набрать!
Обменявшись несколькими дежурными фразами, Вероника вдруг словно бы перевела дух.
— Сереж... тут у меня отгул на четверг... Если хочешь... ну, ты понимаешь... Только с утра, далее – очень занята, очень...
Я аж затаил дыхание, а точнее, мой отяжелевший член побудил меня к этому.
— Я понял... - сипло ответил я и отключил связь.
Несмотря на то, что Вероника дала согласие на встречу с недвусмысленным предложением, я зарделся так, словно бы предложение это исходило от меня.
— Зачем?...
В голос произнес я.
Действительно, зачем она поставила меня в известность? Да еще так очевидно! Хотела бы испытать меня? Ведь понимала, что я не выдержу и не устою...
Сейчас, глядя на ее улыбающуюся авку, я испытывал двойственные чувства: я хотел ее и я же обвинял ее в том, что она совращала меня!
Отпроситься на пару часов с работы в четверг у меня не составило бы труда, и за эти пару дней мне предстояло принять не простое моральное решение.
Во мне говорила мужская неудовлетворенная страсть!
Я действительно хотел эту женщину!
Но это же сестра...
Отчего-то меня даже угнетало чувство, что Вероника пошла на поводу именно моих интересов, чтобы «осчастливить» именно меня...
Я мог отказаться от встречи, отзвонившись ей в тот же вечер.
И во вторник...
В среду...
Только мои потуги ограничивались лишь тем, что я брал в руки телефон, смотрел на ее авку и... откладывал его в сторону.
На те несколько дней пропало даже желание изливать семя.
Прежде всего потому, что я чувствовал себя предателем по отношению с ней.
Кобель, похотливое животное, которому только это и надо...
А что будет дальше?
К чему приведет эта связь?
А абстрагироваться на иные образы я просто не хотел...
Я набрал Веронику в среду вечером, и разговор наш был краток:
— Привет...
— Привет... - ответила она как-то служебно.
— Ты как, нормально?
— Да...- как если бы в ожидании о том, что я спрошу далее.
Вика часть 4.