мной, всегда охраняла меня, всегда слушала, всегда хотела, чтобы я была в твоей жизни. Просто пойми, что теперь я никогда не смогу расстаться с тобой. Это сломало бы меня.
Она нежно проводит пальцем по моей щеке.
— Я бы никогда не хотела расставаться с тобой, глупышка. Мне будет не хватать твоих пальцев и этого так волнующего меня языка.
Я смеюсь, и она соскальзывает с меня. Лекси возвращается к своим поискам макарон, и я с удовольствием наблюдаю за ней, помогая с маленькими задачами, которые она поручает мне типа нарезки помидоров. Она выглядит восхитительно домашней в нашем потрепанном старом кухонном фартуке и почти прозрачной ночной рубашке, и я наслаждаюсь этим зредищем. Она не против того, чтобы делать такие вещи, как нагибаться до смешного далеко вперед над духовкой, так что я могу почти все видеть со своего наблюдательного пункта. Так что приготовление ужина проходит в мгновение ока. Не успеваю я опомниться, как уже накрываю на стол и наливаю нам вина к простому блюду из помидоров и базилика, которое приготовила Лекси. Запах еды заставляет меня понять, что я тоже голодна.
Лекси моет посуду, а потом мы едим; хотя, честно говоря, я думаю, что то, что я делаю, должно быть классифицировано как пожирание. Я и не подозревала, насколько голодна, и думаю, что Лекси такая же, потому что мы оба хватаем и напихиваем в себя еду. Закончив, мы оставляем посуду на утро и возвращаемся в гостиную, где не так тепло, как хотелось бы. Лекси вздрагивает и прижимается ко мне.
— У меня есть предложение, - говорит она.
— Да? - спрашиваю я. - Мне холодно и я устала. Как насчет того, чтобы принять ванну вместе?
— Звучит заманчиво. Но я очень дрожу, и тебе придется помочь мне подняться наверх.
— Это предопределено, Робс.
Лекси протискивается под мою левую руку, и мы осторожно поднимаемся наверх. Я направляюсь в семейную ванную, но Лекси тихо говорит:
— Не-а". Мама попросила папу добавить большую ванну для нее, когда они купили дом.
Никто из нас не пользовался ею с тех пор, как произошло то несчастье, и я немного сомневаюсь, стоит ли использовать эту ванну сейчас. Я думаю, Лекси это знает, потому что она тихо говорит:
— Теперь это наш дом, Робс. Мы должны жить с призраками, но это не значит, что мы должны давать им власть над нами.
И снова я чувствую, как внутри меня щекочет желание, когда она наклоняется, чтобы размешать воду, а затем достает из шкафа несколько эфирных масел, открывая мне прекрасный вид на ее грудь.
— Чайное дерево или герань? - спрашивает она.
— Чайное дерево.
Она немного повозилась с бутылкой, потом разочарованно вздохнула. Она протягивает его мне и повелительно говорит: "Открой", прежде чем вернуться к ванне. Я сжимаю крышку бутылки в своей сильной правой руке и пытаюсь открыть ее. В конце концов крышка скрипит и вдруг поддается, и я возвращаю открытую бутылку Лекси, которая выливает треть содержимого в воду. Запах разносится по комнате, и я вздыхаю: чайное дерево - один из моих любимых ароматов.
Я понимаю, что пялюсь на Лекси, только когда она подходит и наклоняется вперед, чтобы поместить свое лицо прямо перед моим. Довольная, что завладела моим вниманием, она улыбается и говорит:
— Хотя я польщена тем, что ты можешь так сильно отвлекаться на мое тело, Робс, пора тебе принять ванну. Так что снимай топ и давай спустим тебя в воду, хорошо?
— Ладно, мэм, - язвительно бормочу я.
Лекси стучит кулаком по моему плечу, а затем делает шаг назад. Я беру подол рубашки и медленно
Муравейки