будешь! – сказал Артемон, подвывая. – Все равно других претендентов на ее грязную жопу нет. Я бы тебе охотно помог, но у меня лапки.
— Я помогу этому пидору! – закричал Арлекин. – Иди сюда, недоумок! Мы вытряхнем эту похотливую бабенку из ее одежд и отъебем ее по первое число.
Он и Пьеро угрожающе надвинулись на Мальвину, но девочка с голубыми волосами быстро вскочила на ножки.
— Я сама, сама! – крикнула Мальвина и взялась ручками за крючки и пуговки.
Вскоре она стояла голенькая в чулочках и туфельках и соблазнительно покачивалась из стороны в сторону.
— Ну, кто первый, господа ёбари? Налетай, подешевело!
При этом она разводила ножки и показывала маленькую дырочку.
— Я первый! – рявкнул Артемон. – Потому что я самый большой и сильный! Мальвина, становись раком!
Мальвина послушно уперлась ручками в стол и замерла. Артемон медленно подошел к ней, снова обнюхал, встал на задние ноги и, подпрыгивая, принялся тыкать в нее большим красным членом, вылезшим из бархатного колпачка.
— Ну? Ну? – нетерпеливо повторяла Мальвина, поводя задом. – Когда же, о, мой милый Артемон!
— Она зоофилка! – закричал Арлекин, размахивая треуголкой.
На что голубой Пьеро резонно заметил:
— Ну, моя-то дырочка останется нетронутой...
Наконец Артемон попал между мягких губок и, положив передние лапы ей на спину, задергался.
— Я кончаю, кончаю! – зарычал он, пытаясь пристроить в ее кукольном влагалище свой кукольный шар.
Но шар не поместился в кукольном влагалище, и Артемон, как всегда, не устоял на двух лапах и шлепнулся на спину. От досады он задергал всеми четырьмя ногами и завыл:
— Дайте мне суку ебучую! Я хочу хотя бы полчаса постоять в замке по-собачьи!
Деятельный, но бестолковый Арлекин, подскочил к Мальвине, сунул в нее три пальца и закричал:
— Эта мерзкая псина Артемон своей дубинкой разворотил ей все нутро! Теперь там какой-то тоннель!
— Сделаем по-моему, – тихо сказал грустный Пьеро. – Я займу ее грязную дырочку, и ее влагалище сузится до мышиной норки...
На большой перемене Евгеша нашла Макарова в коридоре.
— Хранить такое порнографическое сочинение в школе я не могу, – серьезно сказала она. - Поэтому я заберу его на память, а ты напишешь что-нибудь попроще. Можешь прямо сейчас.
— А о чем же мне написать? На какую тему?
— Да на любую, кроме порнухи. В виде исключения напиши про «Мать» Алексея Максимовича. Я пойму.
Вовка сел за свободный стол и за полчаса написал сочинение про Мать...
Вечер тянулся бесконечно долго. Вовка учил уроки и смотрел на часы. Мама гремела на кухне кастрюлями и сковородками, потом ушла мыться, и Макаров спустил, успев до двенадцати сделать это два раза. В первом часу он снова позвонил Ленке Годиной в Сыктывкар.
Трубка ответила невнятным мычанием. «Мне бы Лену!», – сказал Вовка.
Минут пять Ленка ругалась матом, рычала и стонала. Вовке даже захотелось снова, и он почти кончил, когда Година, наконец, ответила внятно.
— Я тут новую дрочку придумала. Пока ногами сжимаю клитор, руками дрочу соски. Оргазм просто бешеный, минут на пять. У тетки такого нет, когда ее хахаль ебет.
— Все новое – хорошо забытое старое! – назидательно сказал Макаров, поглаживая свои соски. – Ты лучше скажи, приедешь на каникулы или нет?
— Ой, я и забыла! Приеду, Вовка, приеду! Подрочим вместе! Тетка обещала мне денег дать с собой, купить кое-что. Так что ты жди!
Она отключилась, и Вовка представил, как Ленка снова, хищно согнувшись, неистово сжимает клитор и дергает соски, и тут же кончил сам, едва коснулся члена...
Ублажение в кафе